Для того, чтобы уничтожить русский народ, Западу не нужно истребить его физически, надо просто вырубить его исторические корни. Их рубили нацисты, сегодня рубят англосаксы…

В общественном мнении Запада усиленно формируется нарратив о «чрезмерном» обращении России к истории Великой Отечественной войны, что является, по их мнению, «архаикой, регрессом и попыткой подогнать современность под отжившие стандарты». Например, президент Чехии Пётр Павел не так давно заявил, что Москва «злоупотребляет термином «нацизм» и использует победу в ВОВ как часть пропаганды, чтобы представить Россию вечным освободителем Европы».

Точка кристаллизации русского духа

Подобные тезисы возникают из-за того, что многие европейцы до сих пор болезненно переживают поражение Европы, объединённой Гитлером, их вождей куда больше тревожит, что факт победы СССР над нацизмом является одной из точек кристаллизации русской ментальности, национальной гордости и объединяющим общим началом. И сейчас всё больше западных публицистов и даже политиков прозрачно намекают, что нынешний конфликт на Украине, в который ЕС погружается всё глубже, открывает перед европейцами возможность реванша не только за разгром гитлеровской Германии, но и, например, за Северную и Ботническую войну — перед Швецией, за Зимнюю — перед Финляндией.

Сегодня историческая память особенно важна и как воздаяние героизму предков, и как инструмент осознания нынешних процессов, когда Россия вновь противостоит объединённым силам Запада и переживает один из самых сложных периодов своей новейшей истории. Противодействовать приходится не только внешним, но и внутренним врагам. Особенно активизировались те, кто действует по указке западных спецслужб и бандеровских ячеек, которые специализируются как на организации терактов и диверсий, так и на специальных психологических операциях. Их влияние не столь заметно, но от того не менее разрушительно.

Украинский конфликт стал своеобразной «лакмусовой бумажкой», которая позволила обратить внимание на те вещи и те события, ранее остававшиеся вне поля нашего зрения либо воспринимаемые нами недостаточно серьёзно. Так, всё более отчётливо вырисовывается образ ментальной войны, которая ведётся против нас очень давно и практически без перерыва.

18 февраля 1943 года рейхсминистр народного просвещения и пропаганды нацистской Германии Йозеф Геббельс объявил начало «тотальной войны», которая, по его замыслу, охватывала все сферы жизни и стала новой парадигмой для Третьего рейха. Война с обеих сторон перетекла из плоскости исключительно политической и экономической в плоскость смысловую, выйдя на новый уровень, в котором сталкиваются не только армии и политические силы, а сражаются целые народы, а ненависть и озлобленность охватили всех.

Война после Победы

Окончание Второй мировой войны не стало завершением этого противостояния, место гитлеровской Германии в нём вскоре занял западный мир в целом, а формат постепенно трансформировался от тотального к мультидоменному, который не только задействует все или большинство ресурсов, но и ведётся во всех средах — военной, экономической, социальной, религиозной, культурной.

Нацистская идеология не была для Европы и всего Запада чем-то маргинальным и неправильным, несмотря на послевоенное желание откреститься от неё. Она стала результатом многовекового развития, или, вернее, деградации западной цивилизации, и окончательно поставила крест на идеях гуманизма, которые формально всё так же проповедуют в Европе и по сей день. Так что крах Третьего рейха и победа СССР не стали для Запада моментом триумфа и радости, они стали болезненным напоминанием о собственной ущербности.

Советский Союз в Великую Отечественную войну столкнулся с понятием полномасштабного ментального конфликта. Нацисты делали акцент на психологических операциях и широко использовали приёмы обмана, дезинформации, разобщения. Идеологическому аппарату СССР пришлось спешно реагировать на новые вызовы, против которых призывы к интернационализму и пролетарской солидарности оказались не слишком эффективны. Обращение к русской истории и традициям, взращивание патриотизма и даже частичная реабилитация Русской православной церкви — всё это было не просто частью трансформирующейся идеологии, но и способом ведения войны, который позволил выстоять и победить.

Нацисты проиграли, западная идея «исключительности» оказалась несостоятельной. Но западные политики, эксперты и военные, тщательно анализируя результаты войны, делали упор на военных, технических и экономических просчётах Гитлера, не ставя под сомнения принцип доминирования Запада (но уже под руководством не Германии, а англосаксов). Последовавшая за Второй мировой холодная война стала тем конфликтом, который лишь доказал это.

Любопытно то, что Запад особенно старательно стремился искоренить любое наследие Германии, буквально уничтожая исторические и культурные памятники не только эпохи нацистов, но и остальных периодов германской истории в оккупированных западных землях, однако идеологические основы нацизма в США и Великобритании стали культивировать, маскируя, оправдывая и развивая. Впрочем, если быть справедливым, нужно признать, что Гитлер и его сподвижники не создали «оригинальный продукт», они лишь дополнили и развили «расовую науку» коллективного Запада, особенно востребованную в англосаксонских странах.

СССР был готов к физической, но не к ментальной войне

Холодная война показала всю разрушительную силу ментальных конфликтов. СССР не смог в полном объёме адаптироваться к новому формату мультидоменной войны и потому готовился преимущественно к более традиционному вооружённому противостоянию, участвуя во всевозможных «гонках» с Западом. В то же время в США и Европе методы ментальной войны становились всё более изощрёнными.

Всевозможные программы в духе «MK-Ultra» и западные центры психологических операций уже давно известны, как и результаты их деятельности. Их исследования были нацелены на создание абсолютных инструментов для управления человечеством, но их «побочная» часть касалась создания ментального оружия против СССР.

Фильмы, сериалы и музыка — всё стало инструментом взращивания ненависти и презрения ко всему, что связано с коммунизмом и, что важнее, с Россией.

Западный человек к концу холодной войны полностью потерял способность воспринимать Россию и русских объективно. Вместо живой картины, основанной на собственном опыте, возник синтетический конструкт, по сей день транслируемый в западных медиа, который внушает страх, ненависть и отвращение. Они даже заставили часть наших сограждан смотреть на свою страну, своих близких и на самих себя через призму западной пропаганды.

Подход же к ведению ментальной войны в СССР оставался архаичным, на том же уровне, что и во времена Великой Отечественной войны, тогда как Запад не прекращал работать над развитием не только оборонительных методик, но и наступательных. Следствием проигранной ментальной войны стала реакция советского населения на развал СССР, когда значительная часть людей встречала трагедию с улыбкой на лице.

Девяностые годы стали для России не только одним из самых страшных периодов в её истории, но и горьким лекарством.

Запад ликовал, уверенный в своей победе, и из-за этого ослабил хватку. Россия же в этот период стала словно губка впитывать в себя весь опыт и все знания своих врагов, осмысляя и совершенствуя их. Плоды этой деятельности в полном объёме раскроются позже, но именно девяностые оставили в нашей памяти тот ужасный образ, который позже станет основой для своеобразной ментальной защиты от западного влияния.

Нежелание повторения трагедии «святых 90-х» возвратило русскому народу желание идти собственным, самобытным путём, а не послушно брести по дороге, подготовленной для нас Западом.

Превращение РСФСР в «антиРоссию» не удалось, экспериментируют на республиках

Запад продолжил давить и делать это даже с новой силой. Предпринимались многочисленные попытки разрушить Россию изнутри, через бандитизм, через национальную вражду, сепаратизм и через внедрение западных и либеральных «ценностей», однако ожидаемый результат получить так и не удалось, а потому подход слегка изменился.

Страны постсоветского пространства стали теми болевыми точками, на которые Запад решил давить. И если первоначально на их территориях была попытка выстроить «альтернативную Россию», пусть даже и в варианте «потёмкинской деревни», которая должна была убедить наших граждан в том, что надо идти следом за Западом, то после её неуспеха было принято решение о превращении этих земель в «анти-Россию».

Эффективность ментального воздействия тем слабее, чем сильнее внутреннее наследие и духовный стержень народа. Именно потому такие страны, как Украина, Литва, Латвия и Эстония, оказались наиболее подвержены внешнему воздействию. Лишённые государственной традиции и богатого исторического и культурного наследия, народы этих стран жаждали заполнить внутреннюю пустоту синтетическими поверхностными конструкциями и образами, которые Запад охотно предоставил. В этих странах целенаправленно стали взращивать нездоровый национализм, причём именно нацистского образца, построенный на основании комплекса неполноценности и ненависти. Людей годами программировали на ненависть к России и ко всему русскому.

Большая удача, когда политические «крысы» бегут с корабля

Начало СВО стало для Запада неожиданностью, а для России единственной возможной реакцией на внешнюю мультидоменную гибридную агрессию. Обеим сторонам пришлось спешно адаптироваться к новой реальности, причём в сжатые сроки. Привычный темп работы западных спецслужб оказался смещён, и тонкая психологическая обработка сменилась грубой пропагандой, которая стала стремительно терять свою эффективность.

Первые месяцы украинского конфликта стали наиболее ярким примером неготовности России к ведению ментальной войны. Даже имея преимущество на фронте, Россия не могла похвастаться успехами в ведении информационно-психологической войны. Большой удачей для нас стала ключевая ошибка Запада — исход агентов влияния из России.

Выводя подконтрольных «знаменитостей» и «лидеров мнения» из России, западные спецслужбы надеялись посеять панику, сыграть на знакомом образе «утечки мозгов», вот только это произвело иной эффект. Русский народ увидел не «лучших из лучших», а предателей, что бежали, как крысы с корабля.

«Чёрные квадраты» на аватарках, проукраинские и антивоенные лозунги, изуродованный государственный флаг вкупе с мощнейшими внешними санкциями и исходом западных компаний с рынка, должны были сломить и уничтожить русское общество, а вместо этого сплотили его и позволили выявить врагов внутри себя.

Патриотизм и желание бороться любой ценой характерны для нас, но немыслимы для западного общества потребления, которое специально годами разрушали и меняли, чтобы сделать мягким и податливым, удобным для манипуляций со стороны властей — официальных и подлинных, теневых.

Играть вдолгую: провокаторы раскачивают и своих, и чужих

Вопреки громким заявлениям западных политиков, в Европе и США никто уже не сомневается в поражении Украины, и потому методы ведения ментальной войны стали меняться для совершенно другой цели — усиления озлобленности и взращивания долгосрочной ненависти, которые не столь значительны сейчас, но будут играть ключевую роль в послевоенное время.

Любопытным примером подобных приёмов являются массовые атаки на артистов, музыкантов и просто публичных деятелей с требованием высказать свою лояльность той или иной стороне конфликта. В данном контексте публичное выражение поддержки Украины или России не влияет на ход боевых действий, но является важнейшим элементом именно в рамках ментальной войны. Являясь лидером общественного мнения и высказываясь на политическую тему, человек невольно оказывается инструментом, который своими словами повышает градус социального напряжения и озлобления.

Наиболее разрушительно то, что подобные провокации обладают огромным меметическим потенциалом и потому вскоре запускают каскадный эффект, вследствие чего «раскачивать лодку» и повышать градус напряжённости начинают не только настроенные боты и специалисты психологических операций, а простые люди, которые неосознанно играют на руку врагу.

Подливают масло в огонь и провокаторы, как специально обученные, так и просто инфантильные люди, подверженные эмоциональному воздействию. Если обратить внимание, то с момента начала СВО значительно возросло количество людей, которые, делая радикальные публичные заявления, значительно эскалируют конфликт, призывая к абсолютно аморальным и зачастую противозаконным действиям, прикрываясь желанием справедливой мести или ответом на преступления украинского режима. Дело доходит даже до призывов расстреливать пленных или наносить удары по жилым домам.

Ни о каком патриотизме или желании победы для России в подобных случаях речи не идёт. Подобные слова, высказанные для большой аудитории, могут оказаться более разрушительными и опасными, чем ракетные удары или диверсии в тылу. Хотя данные призывы, конечно, не станут руководством к действию для наших военных, но они гарантированно будут тиражироваться бандеровскими СМИ для украинской аудитории. Чтобы показать «кровожадность москалей» и ещё сильнее разжечь пожар ненависти к нам.

Современное общество подвержено массовому меметическому заражению, которое, словно чума, формирует ложное, поверхностное мироощущение и лишает людей способности к критическому мышлению. Ментальная война на условиях противника вынуждает бороться не за убеждения, а за кратковременную память, которая не удерживает осознанных и последовательных взглядов, а лишь яркие и навязчивые образы.

Зачем же врагу взращивать озлобленность и ненависть между русскими и украинцами, если в конце концов Украина всё равно проиграет? Причины просты: ослабление России возможно только через внутреннюю дестабилизацию, которую достичь проще всего именно через создание внутренних очагов раскола, которые и без украинцев годами множились внутри нашей страны, как раковые опухоли.

Украинцы, как наиболее близкие и родственные великороссам, без проблем вернулись бы в общее цивилизационное пространство, что сделало бы две части одного народа не только вновь едиными, но и усилило бы Россию. Однако ментальное воздействие со стороны Запада превращает наших кровных братьев и сестёр в чужеродный объект, который, вернувшись в единый организм, должен вызвать воспаление, усугубить имеющиеся болезни и поставить нас на грань новой, уже внутренней борьбы. И эта борьба будет страшнее и опаснее, чем всё то, что было прежде.

До победы в ментальной войне ещё далеко

Последние три года мы, к сожалению, можем наблюдать плоды вражеских трудов. Обострившаяся проблема диаспор, попытки сепаратизма в отдалённых регионах, взращивание провинциальной ненависти к столице, продвижение радикального исламизма и других экстремистских движений, нападения на сотрудников полиции, идеи отказа от семьи и традиционных ценностей, извращение и искажение истории — все эти и многие другие проблемы являются следствием ментальной войны, которую против нас ведёт Запад и до победы в которой, к сожалению, пока что далеко.

Работа в этом направлении ведётся, вот только очень медленно и искусственно. Массовая культура, даже под «патриотическими» знамёнами, всё ещё транслирует западные установки. Патриотическое воспитание до сих пор опирается из всей тысячелетней истории России только на два важных события: Великую Отечественную войну и её наследие и СВО.

Очевидно, что Русская история куда глубже, и она неразрывна. Предпосылки нынешних событий лежат в далёком прошлом.

Так, в интервью американскому журналисту Такеру Карлсону президент РФ Владимир Путин специально уделил особенно большое внимание именно предыстории украинского конфликта, которая начинается ещё во времена собирания русских земель Москвой и освобождения территории нынешней Украины от поляков. Ложь Запада нацелена на то, чтобы исковеркать историю, извратить её и придумать новую фальшивую, но удобную для врагов России реальность.

Отношения России с Западом всегда были сложны, и это и является ключевой сложностью. Русский человек считает себя частью общеевропейской цивилизации, смотрит на европейцев как на братьев и исходит из всеобъемлющего чувства любви и мессианского долга. Европейцы же смотрят на Россию через призму многовековой вражды, обид и зависти.

Россия погружена в глубокую рефлексию в попытках осознать своё место в мире и свою роль по отношению к Европе. Для западных же стран взгляды на своего восточного соседа уже давно стали догмами, которые не меняются ни при каких обстоятельствах. Вечное противостояние с Англией ещё со времён Ивана Грозного является самым красноречивым доказательством.

Нередко звучат разговоры о том, что СВО испортила отношения России и Европы, но на деле это не так. Такие страны, как Польша, Швеция, Финляндия, Германия и даже Франция, живут жаждой реванша и мести за исторические поражения, хотя для нас эти страницы истории ошибочно казались уже перевёрнутыми.

Россия не нуждается в манипуляциях

Желание окрепнуть и стать сильнее, чтобы противостоять внешним угрозам, естественно. Но основываться в данном стремлении нужно на наиболее ярких и актуальных образах. Однако нынешний подход остаётся выгодным для Запада и потому неправилен.

Ситуация парадоксальна. Россия обладает мощнейшим цивилизационным, культурным, военным и духовным наследием, которых более чем достаточно для того, чтобы противостоять внешним угрозам ментального характера. Нет никакой нужды в синтетических конструкциях и ложных образах, в отличие от того же Запада, однако по какой-то причине работа часто ведётся в совершенно противоположном направлении.

Основной задачей должна стать не попытка создания ярких и запоминающихся образов, которые бы смогли затмить собой вражеские меметические бомбы, а актуализация того наследия, которое нас годами заставляли забыть, и его глубокое осмысление. Американские и европейские центры не просто так пытались получить доступ к нашему образованию, не случайно продвигали учебники с искажённой и изуродованной историей. Для того чтобы уничтожить народ, нужно не истребить его физически, что в нынешних реалиях практически невозможно, достаточно просто заставить его забыть себя.

Начиная с 2014 года, когда Крым вернулся в состав Российской Федерации, разговоры об импортозамещении стали обыденностью. Желание нарастить экономический суверенитет стало естественным, вопреки предыдущей глобалистской повестке. Оценивать результаты импортозамещения в данном случае не будем. Куда важнее то, что мы находимся в глубокой ментальной зависимости от Запада, неосознанно подчиняясь навязанному извне комплексу идей, которые должны сделать русского человека глубоко несчастливым и ставят под угрозу национальную и цивилизационную безопасность России.

Национальная гордость — уже победа

Победы на поле боя больше не достаточно. Истинным и главным достижением СВО на данный момент стало то, что русский человек вновь осознал себя именно как часть русской цивилизации, почувствовал национальную гордость и желание бороться не за комфорт и потребительские блага, а за свою Родину и за тот мир, который является важным и значимым именно для нас.

Нынешняя слабость России не в отсутствии необходимых образов и идей, а в отсутствии методов и инструментов для их актуализации для всего населения.

Нужно развивать все сферы. От образования, которое требует осмысленного подхода и переработки, до культуры, которая должна быть нашей, а не копией западных образцов с наклеенным русским флагом. Культура должна стать импульсом нашей собственной национальной рефлексии.

Бороться с Западом его методами бессмысленно. Ложь, отупление и обработка людей, деградация и развращение — все эти приёмы враг оттачивал десятилетиями. Наш путь не в том, чтобы опуститься до уровня Запада и пытаться нагнать его. Наш путь в том, чтобы возвыситься на тот уровень, где вражеские методы станут бессмысленны.

zvezdaweekly.ru