Назад в СССР

Ультралиберальные экономические реформы 90-х, недавний мировой экономический кризис (или в прошедшем времени говорить преждевременно?), сделали свое дело. Число граждан нашей страны, ностальгирующих по временам СССР, растет год от года.

И хотя либералы называют подобную тенденцию «рецидивом авторитарного сознания» и кивают на демографию — факт остается фактом: в 2011 году 60% опрошенных социологами россиян выразили сожаление о распаде Союза. И даже более того — каждый пятый хотел бы жить в воссозданном СССР.

Разумеется, происходящие в массовом сознании электората «сдвиги» учитываются политиками.

К примеру, премьер-министр Владимир Путин в своей программной статье в «Известиях» заявил о возможности создания Евразийского союза.

Как отметил глава правительства, к формированию Таможенного союза Россию, Белоруссию и Казахстан привели тесное, взаимовыгодное сотрудничество, понимание стратегических национальных интересов. Теперь предстоит сделать шаг вперед — к единому экономическому пространству. До этого остались считанные месяцы — проект стартует уже с 1 января 2012 года. Планируется создать колоссальный рынок — свыше 165 миллионов потребителей — с унифицированным законодательством, свободным передвижением капиталов, услуг и рабочей силы. А затем — еще более амбициозная задача — выйти на следующий уровень интеграции, к Евразийскому союзу.

«Мы предлагаем модель мощного наднационального объединения, способного стать одним из полюсов современного мира и при этом играть роль эффективной «связки» между Европой и динамичным Азиатско-Тихоокеанским регионом. В том числе это означает, что на базе Таможенного союза и ЕЭП необходимо перейти к более тесной координации экономической и валютной политики, создать полноценный экономический союз.

Сложение природных ресурсов, капиталов, сильного человеческого потенциала позволит Евразийскому союзу быть конкурентоспособным в индустриальной и технологической гонке, в соревновании за инвесторов, за создание новых рабочих мест и передовых производств. И наряду с другими ключевыми игроками и региональными структурами, такими, как ЕС, США, Китай, АТЭС, обеспечивать устойчивость глобального развития», — говорится в статье.

Причем  на протяжении всей статьи российский премьер проводит параллели между Евразийским союзом и СССР, правда, не в пользу последнего. «Наивно пытаться реставрировать или копировать то, что уже осталось в прошлом, но тесная интеграция на новой ценностной, политической, экономической основе — это веление времени», — отметил премьер.

«Велению времени», причем как раз в «реставрационном ключе» пытается соответствовать и оппозиция. В частности, Компартия РФ, разрабатывающая тему СССР с момента своего создания. На этой неделе КПРФ опубликовала окончательный вариант предвыборной программы. Она озаглавлена: «Вернуть украденную у нас Родину!».

Если из многостраничного документа убрать весь предвыборный популизм, как-то: увеличение расходов на «социалку», традиционную риторику в духе «как всем плохо без СССР» и общедемократические штампы, в нем, в общем-то, останется не так много того, на что можно обратить внимание. Например, на тезисы о национализации ключевых отраслей промышленности и природных ресурсов, а также об «экономике роста вместо экономики скважины» (кстати говоря, сформировавшейся как раз во времена позднего Союза).

Однако и тут коммунистов наблюдатели упрекают в неоригинальности и даже в непопадании в  тренд. «Положение о национализации отраслей и, прежде всего, тех, которые извлекают природную ренту, достаточно популярно в обществе, — сказал «Правде.Ру» президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов. — Но это положение не является исключительно коммунистическим или социалистическим». 

«Государственная собственность на недра и даже на добывающие компании является нормой для многих развитых добывающих стран, отнюдь не коммунистических», — отметил эксперт.

И хотя предлагая национализацию, КПРФ обращается к широкой аудитории, по мнению Михаила Ремизова, у этой позициии есть свои слабые стороны. В  2003 году тема национализации природной ренты была действительно популярной, однако с тех пор все изменилось, утверждает политолог: «Сегодня и общество, и элиты видят, что государство даже с той собственностью, которая у него есть, обращается неэффективно. Поэтому прежде, чем говорить о расширении доли государства в экономике, приходится обсуждать вопрос «Как качественно повысить эффективность использования той собственности, которой государство уже  управляет?».

«Мы можем сделать вместо одной «Роснефти» много «роснефтей», или долю государства в «Газпроме» довести до 100%. но это не решит  проблемы эффективной использования этой собственности автоматически. Это не обеспечит того, что (народное) достояние действительно будет работать на общее благо», — считает Ремизов.

Ничего нового в очередной политической оферте КПРФ не видит директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий. И даже приоритетный пункт о создании нового Союза братских народов — «ускоренное сближение стран, ранее входивших в состав СССР», основой для которого являются создаваемый Таможенный союз и единое экономическое пространство, по его мнению, не оригинален. «Если сравнит документы КПРФ за 15 лет, то обнаружиться, что Россия изменилась, мир изменился, общество изменилось, а документы не изменились: их лишь слегка адаптируют и переформулируют, допишут какие-то нюансы, — отмечает Кагарлицкий в интервью «Электорату.Инфо» —  Потому говорить, что это новая программа не приходится. Это некий римейк или переформатирование обычного набора программных тезисов и предложений КПРФ».

По словам Кагарлицкого, говоря о Союзе братских народов, КПРФ пытается  перехватить «тему», «потому что она актуальна и популярна в обществе». «Однако тут проблема не в том, кто произносит эти слова, а в том, что конкретно может быть сделано в этом направлении, — поясняет социолог. — И в данном случае у Путина преимущество. У него есть власть, которую он может использовать для решения этого вопроса». 

По мнению Кагарлицкого, коммунисты могли бы противопоставить  власти набор альтернативных и конктретных рекомендаций. «Однако они противопоставляют практике власти лишь декларации, которые при этом еще и совпадают с тем, что говорит сама власть», — заключает эксперт.

Как бы то ни было, но оценивая предвыборную программу коммунистов, которую правильнее было бы назвать по-битловски «Назад в СССР» приходится констатировать, что от выборов к выборам партийные идеологи не желают ломать сложившийся имидж КПРФ как партии «советского прошлого», этакой КПСС «без ошибок и перегибов». В партии с многомиллионной аудиторией не ведется поиск новых прорывных целей, позволяющих держаться на шаг впереди от власти.

Главная проблема компартии не в программе, которая у нее во многих отношениях здравая. Главная проблема КПРФ в качестве кадров — в отказе от обновления внутри самой партии, утверждает Михаил Ремизов. «Те общедемократические нормы, которые они рекомендуют для всей страны, они не применяют в своей собственной партии — вот это противоречие между проповедью и пропагандой демократии для страны и полным отказом от нее внутри партии и является главной проблемой для КПРФ», — сказал политолог.

Александр Петров