Сообщения о том, что из зоны АТО личный состав территориальных батальонов снимается и едет в Киев по поводу начавшихся разборок Коломойского со своими конкурентами, приходили последние дни неоднократно. В зависимости от того, чья рука кормит СМИ, этот личный состав мог именоваться «бойцами», а мог и «боевиками».
Сами разборки удивления не вызывают — источники экспортных поступлений иссякают. Для Коломойского «держать нефть» принципиально по двум причинам — во-первых, сама нефть и продукты ее переработки — источник валюты. Кроме того, грядущая посевная уже сопряжена с колоссальными трудностями — у агрохозяйств дефицит ГСМ, и структуры «Привата» выдают товарный кредит именно в виде ГСМ на проведение посевной и уборочной. Возврат кредита, естественно, зерном. При том, что гривна рухнула, а цена на топливо растет, крестьянам выкатываются крайне тяжелые условия. В этой ситуации монополизм предложения топлива — гарантия того, что зерно не проплывет мимо Коломойского. А зерно — еще один источник валютных поступлений, так что логика Коломойского, который идет на жесткое обострение не только с Порошенко, но и с американским послом, вполне понятна. Там, где пахнет деньгами, он плюнет на лысину не только Найему, но и самому Обаме.
Интересно другое. Свободная миграция вооруженных людей из зоны боевых действий в мирную казалось бы столицу — это даже не ЧП. Это чистейший вооруженный мятеж. Год назад такого рода события воспринимались спокойно — ну нет такого государства Украина, есть только скопище бандитских группировок. Такой свадьбой в Малиновке можно пугать только спрятавших голову в песок властителей восточной сверхдержавы.
Но прошел год. У Украины есть легитимная власть, которая признана всеми, включая и Москву. Вот только властью она продолжает называться лишь по привычке — у нее нет возможности воспрепятствовать вооруженным мятежникам сниматься с фронта и наводить свои порядки в столице. Возникает вопрос — о чем можно договариваться с таким правительством, которое не контролирует ничего, а значит, и не способно отвечать по своим же обязательствам? И нужно ли вообще договариваться?
Анатолий Эль Мюрид
