На днях малозамеченным прошло событие для глобальной энергетики по-настоящему эпохальное. Министерства энергетики Российской Федерации и Исламской Республики Пакистан подписали меморандум о сотрудничестве в сфере реализации проекта морского трубопровода. Предназначенного, на секундочку, для поставок газа из Ирана потребителям в Пакистане и Индии.
При чем здесь, спрашивается, Российская Федерация и ее вездесущий «Газпром»?
Новости партнеров
Где они, а где Иран с Индией и Пакистаном?
Российская Федерация вообще и полугосударственный российский «Газпром» в частности тут очень даже «при чем». Хотя бы потому, что именно российский «Газпром», реализующий, как известно, в первую очередь «трубопроводную концепцию», еще в 2017 году подписал с Ираном меморандумы о возможности участия в разработке четырех крупнейших газовых месторождений в республике. А именно — месторождений Farzad-A, Farzad-B, North Pars и Kish.
Тут в чем тонкость.
Вообще-то, к примеру, месторождение Farzad-B было открыто в 2008 году консорциумом трех индийских компаний. Доказанные запасы газа поражают воображение неподготовленного человека: только на этом участке они оцениваются в 12 триллионов кубометров. Но санкции против Ирана не позволили запустить проект, и вернуться к нему Иран и Индия смогли лишь в конце 2015 года, когда стало понятно, что санкции с Ирана будут скоро сняты. Стороны даже заявили о том, что намерены подписать контракт по разработке месторождения в октябре 2016 года, но проект вновь был отложен: индийцы то ли решили дополнительно поторговаться, то ли и вправду прислушивались к мнению США. При этом тем не менее по-восточному упорно торгуясь и одновременно опасаясь вмешательства «третьих стран».
Опасения были ненапрасными.
Год назад президент России Владимир Путин посетил Иран, где встретился с президентом страны Хасаном Рухани и президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым. Богатый урожай с этого визита, конечно, в первую очередь собрала «Роснефть», которая там же и подписала так называемую «дорожную карту» об инвестициях в местные месторождения нефти и газа. Но не остался в стороне и «Газпром».
Последний тогда уже выразил готовность поучаствовать в проекте строительства газовой трубы: опыт-то уже есть. Через Пакистан и до Индии. Российский гигант выразил при этом заинтересованность в разработке в первую очередь четырех упомянутых, по-прежнему находящихся в собственности у иранской компании месторождений. Что понятно: американские санкции, которые формируют политические риски при реализации проекта, в отличие от тех же индийцев, стремящихся «дружить со всеми», «Газпром» не слишком волнуют, он и так под ними находится. А прибыльность проектов обещает быть очень высокой: рынки индийского субконтинента весьма емкие, и спрос на голубое топливо обещает там только возрастать.
Новости партнеров
И вот подписан документ, который, цитируем официальное сообщение Минэнерго России, «предполагает оказание всесторонней поддержки проекту морского трубопровода, по которому газ с месторождений на территории Ирана будет поставляться потребителям в Пакистане и Индии. В меморандуме предусмотрено определение уполномоченных организаций, через которые будет вестись поддержка проекта, в том числе при разработке технико-экономического обоснования — определении ресурсной базы, конфигурации и маршрута газопровода».
Тут даже не надо переводить с бюрократического на русский, главное понятно и так. Это уже не просто «протокол о намерениях», это начало конкретной детализации проекта и начало работы. «Дорожная карта», так сказать.
О чем, собственно, речь. О трубопроводе IPI (Иран — Пакистан — Индия) длиной свыше двух тысяч километров, с «иранским участком» в 1200 километров и мощностью до 22 миллиардов кубометров в год с возможностью дальнейшего увеличения. Общая стоимость строительства в прошлом году оценивалась в семь с половиной миллиардов долларов (тут, несомненно, возможны различные корректировки и уточнения). Судя по всему, стороны, оценив риски и учитывая опыт России, выбрали в качестве наиболее надежного маршрута морской вариант. При этом российское Минэнерго явно рассматривает «пакистанский меморандум» в том числе и в качестве своеобразного ускорителя для переговоров с Индией. Ну а ресурсной базой проекта как раз и могут стать иранские месторождения, расположенные на шельфе Персидского залива.
Кстати, в качестве возможных инструментов для монетизации персидского газа «Газпром» рассматривает не только проект газопровода Иран — Пакистан — Индия, но и проект СПГ-завода Iran LNG, в строительстве которого тоже намеревается принимать самое активное участие.
Почему это все так важно.
Во-первых, Россия, активно входя на иранские рынки газовой добычи и действуя как в своих, так и в персидских интересах (иранцы — сложные переговорщики и весьма непростые партнеры), резко расширяет подконтрольную нашей стране «ресурсную базу». Во-вторых, на радость как Ирану, так и Индии с Пакистаном переправляет значимую часть этих колоссальных иранских запасов в крайне надежную трубопроводную концепцию поставок дешевого газа. Страхуя свои собственные, не так давно озвученные задачи по расширению своего влияния на рынках СПГ примерно до четверти всего объема глобального рынка к концу следующего десятилетия.
А во-вторых, если говорить уж совсем глобально, это часть той работы, над которой сейчас трудятся не только российские газовщики, угольщики, нефтяники, но и атомщики: Россия должна стать глобальной энергетической сверхдержавой.
