Когда я был подростком, мой папа часто спрашивал меня, зачем была написана та или иная прочитанная мною книга. Иногда ответ на вопрос был очевиден (например, «Мастер и Маргарита» была написана ради того, чтобы «вписать в контекст» фразу «Рукописи не горят!»), иногда значительно более сложен. Например, я довольно долго не мог объяснить смысл книги «Альтист Данилов», меня она в первую очередь привлекала абсолютно аутентичным описанием общей атмосферы Москвы 70-х годов. Но в конце концов, в процессе долгих обсуждений, не без подсказок, я понял. Ключевой момент этой книги — слово «Повременить!», произнесенный Синим быком в момент судилища над Даниловым в «Девяти слоях». Слово, которое было сказано за совершенный главным героем естественный человеческий поступок — в том месте, где такие поступки не приветствовались и не поощрялись.
Иногда глубинный смысл в книге прямо какой-нибудь фразой не выражается, но, тем не менее, на поверхность более или менее явно вылезает. Так, книга Тома Уикера «На арене со львами», прочитанная мной в 9 классе, сыграла важную роль во всей моей карьере (и в части ее довольно успешного начала, и в части ее прекращения, когда я вполне осознанно пошел против базовых властных группировок, поскольку не счел для себя возможным отказаться от базового принципа «воровать — нехорошо!»). Ну и потом, именно она позволила написать книгу о карьере и власти «Лестница в небо», которая неожиданно стала бестселлером и за первый год была продана в количестве 30 000 экземпляров (и продолжает продаваться до сих пор).
Новости партнеров
Все это я пишу для того, чтобы объяснить, что желание понять сокровенный смысл книги (или речи) — качество, которое во мне воспитали с детства и которое играет важную роль до сих пор. И по этой причине я всегда внимательно слушаю выступления значимых по той или иной причине людей, чтобы понаблюдать, не вылезет ли такой смысл, не проговорится ли этот человек о том, ради чего он, собственно, ведет (или вел) свою деятельность.
Классический пример последних лет — ныне уже покойный Бжезинский. Мне уже довольно давно (с конца 90-х годов) казалось, что он сильно недоволен той политикой, которую ведут его же ученики и последователи, пользуясь разработанными им концепциями. К концу его жизни эта ситуация прояснилась: Бжезинский действительно считал, что концепции «холодной» войны, разработанные для ситуации противостояния двух «великих» держав, не подходят к ситуации «однополярного» мира и их использование в такой ситуации может привести к новой, куда более опасной (потому что неуправляемой) нестабильности. Как мы видим сегодня (ну, видят пока еще не все, но это пока), он в этом оказался прав, но на первом этапе тщеславие (это же он автор победных концепций!) и корпоративная солидарность не давала ему говорить это прямо. Как следствие, тогда многие мне не верили, когда я делал свой анализ. Но опыт, приобретенный с детства, позволил разобраться в тех мыслях, которые Бжезинский на тот пытался скрыть.
А буквально на днях эта моя привычка снова мне пригодилась. Я наткнулся в интернете на речь нынешнего декана экономического факультета МГУ Аузана на юбилее правительства Гайдара.
Сама речь была произнесена в конце прошлого года, но я ее прослушал только сейчас. Первое, на что я обратил внимание (напомню, Аузан в это правительство не входил, он был «сочувствующим»), это описание тех тем, которые он дал. Фактически, это обсуждение вопросов с точки зрения ученого, научного сотрудника, а не руководителя государства. То есть — эти люди до сих пор не поняли, что руководить государством и обсуждать абстрактные проблемы, это немножко разные вещи. Точнее, как это будет ясно ниже, кое-что они все-таки понимали изначально.
А второе, и — главное, это последняя фраза Аузана. Речь он произносил эмоциональную и, видимо, эта фраза у него вырвалась. Но уж коли вырвалась, то именно с ее точки зрения все сказанное и нужно проанализировать. А фраза эта посвящена тому, что все делалось искренне …
Я много сил потратил (и буду тратить дальше!) на то, чтобы объяснить, что главная линия правительства Гайдара — это создание класса «олигархов» (ни в коем случае не предпринимателей, предприниматели от приватизации ничего не получали!). Создание через тотальное воровство и разрушение. Именно для этого были ликвидированы сбережения граждан (которые по уже принятому (!) закону должны были участвовать в приватизации в своем исходном, до девальвации, масштабе), именно для этого разрушались производственные комплексы СССР, именно для этого был устроен в 98 году суверенный дефолт! Это было правительство идейных воров, которые были готовы отправить в могилу десятки миллионов людей (о чем они открыто говорили!), которые хотели плевать на законы и интересы государства, которые открыто работали в интересах иностранных государств! И я очень рад, что эта мысль постепенно становится общепринятой в нашей стране!
Новости партнеров
Но в последней фразе Аузана есть и еще один момент. Он же обращается не к людям, не к обществу, а к тем самым ворам и разрушителям, которые, в общем, примерно понимали, что они пришли в правительство не только делать олигархов и разрушать страну, но и самим немножко поворовать. Для Гайдара (судя по тому, что я знаю о временах его молодости) эта мысль не была чем-то новым, для некоторых редких членов этого правительства (например, для Глазьева) эта мысль была вообще не очень приемлема, но остальные-то все вполне понимали, что хорошо видно по их нынешнему материальному положению. Так зачем Аузан им это сказал?
А очень просто. Аузан просто намекает на то, что пора отказаться от политики ухода «в несознанку» и перейти на следующую линию обороны. А именно, перестать говорить о том, что они все делали правильно и, более того, «другого пути не было». Напротив, нужно признать ошибки, и каяться, каяться и каяться, завершая все эти действия ключевой фразой: «Но мы все эти ошибки делали искренне, не думая ни о чем плохом!». Это, конечно, будет ложь, но, все-таки, не такая наглая, как сейчас. И главное, по мнению Аузана, переход на такую позицию, позволит обеспечить большую безопасность этих людей, в нынешних политических условиях. Ну и, естественно, обеспечить большую безопасность самого Аузана, который, так или иначе, с ними ассоциируется.
Сама по себе такая речь представляется мне глубоко символичной и я рад, что Аузан (который очень неглупый человек) понимает общее развитие ситуации в стране примерно в том же ключе, что и я. Только он такого развития событий опасается, а я его приветствую, но тут уж ничего не поделаешь, на вкус и цвет, как известно, товарищей нет. Да и не люблю я воров, ничего не поделаешь! Ну, а как будет развиваться ситуация, посмотрим!
