Тут намедни опять напомнил о себе Залужный. Уже второй раз подряд — прошлый был в Киеве на совещании послов — экс-главком ВСУ выдал весьма дельные замечания о тактике и стратегии современной войны.
«Смотрите, после 1945 года эксклюзивное право на применение силы в мире имели только два, скажем так, блока. Сегодня это эксклюзивное право получили все. Завтра будет хуже, потому что в этих цифровых полях, где действуют роботы, не нужно проводить мобилизацию, не нужно пугать людей мобилизацией, войной и так далее. Завтра будет достаточно решения в Австралии — нажать две кнопки, чтобы роботы уничтожили всю энергетику, например, в Польше. И нужно устанавливать правила. Это новое ядерное оружие». Конец цитаты.
Новости партнеров
Это он про стремительно расширяющееся использование ИИ и дронов, если кто не понял. Но важно тут и другое: нарративы, которые произносит экс-главком ВСУ, пишут ему ребята из МИ6. То есть, перед нами, по сути, британский взгляд на то, как будут воевать уже через десять лет.
Идём дальше. Несколькими днями ранее немецкая BILD опубликовала сразу две заметки на схожую тематику.
Первая — о том, как русские стремительными и, видимо, пугающими Запад темпами разворачивают свой «Рассвет», который к 2035 году должен дать нам ровно такие же, если не бо́льшие, возможности, чем сейчас есть у Starlink.
«Российская спутниковая система „Рассвет‟, созданная по образцу Starlink, строится быстрее, чем ожидалось. Она используется, в том числе для военной связи и управления дронами. Первые 16 спутников сети запущены в космос в марте 2026 года. К концу 2026 года число спутников „Рассвета‟ должно вырасти до 156; к концу 2027 года — до 292, а к 2035 году — до 924… Киев опасается, что в долгосрочной перспективе Россия сможет устранить слабость своей системы связи», — пишет издание.
При этом, по словам австрийского военного эксперта, полковника Маркуса Райснера, «Рассвет» уже обеспечивает «ежедневно как минимум два стабильных окна связи над Украиной, каждое продолжительностью более часа», благодаря чему «российские дальнобойные дроны теперь снова и всё чаще способны атаковать цели глубоко на территории Украины». Таким образом, Россия может не только компенсировать свою «прежнюю зависимость от Starlink», но и «оказывается способна адаптироваться и реализовывать высокотехнологичные решения, несмотря на санкции».
Вторая статья — о концептуальных изменениях в подходах НАТО к ведению войны. Главная мысль проста: война будущего будет быстрее, дешевле и смертоноснее.
«НАТО изучает опыт войны на Украине и занимается развитием новых технологий. В Висбадене создаются системы, которые за секунды распознают беспилотники, собирают данные со всей Европы и используют искусственный интеллект для ускорения военных решений. BILD получил доступ к секретному командному центру и инновационной лаборатории, в которой военные работают с новейшими беспилотниками… Здесь, в „казармах Люциуса Д. Клея‟, программисты, офицеры и инженеры из стран НАТО готовятся к возможному нападению России. Альянс в рамках Eastern Flank Deterrence Initiative (EFDI, Инициатива сдерживания на восточном фланге) разрабатывает новую концепцию обороны: датчики, беспилотники и системы вооружений должны молниеносно взаимодействовать друг с другом через общую сеть данных, чтобы атаку противника можно было быстрее обнаружить и отразить». Конец цитаты.
Новости партнеров
О чём всё это нам говорит? Во-первых, о том, что Третья мировая, вероятнее всего, откладывается, и раньше второй половины тридцатых она не начнётся. В противном случае западный Альянс просто не успеет полноценно перестроить свою инфраструктуру под войну нового типа.
А во-вторых, и это уже серьёзно тревожит, ядерный фактор из такой войны фактически вычёркивается. А ведь именно ядерное оружие десятилетиями было тем последним аргументом, который делал прямое столкновение России и НАТО практически невозможным.
Но если война переносится в цифровую, роботизированную и дистанционную сферу, возникает иллюзия, что её можно вести ниже ядерного порога.
Новые средства и методы ведения войны дают Западу возможность начать её без оглядки на необходимость мобилизации, людские потери, а стало быть — и на общественное мнение. Не секрет, что именно оно было отчасти главным сдерживающим фактором для западных разжигателей войны.
Пока война означает реальный риск для миллионов европейских семей, политикам приходится считаться с избирателем. Когда же основную работу делают машины, цена политического решения резко падает.
Теперь противника можно попытаться принудить к миру — точнее, к капитуляции — не захватывая его столицу и не оккупируя территорию. Достаточно лишь разрушить энергетику, связь, транспорт, центры управления и перерезать логистику. Государство может даже формально сохранить армию и контроль, что называется, «на земле», но при этом полностью утратить способность к нормальному функционированию.
Приблизительно в этой логике Россия до сих пор и вела СВО. Проблема лишь в том, что делала она это крайне непоследовательно, постоянно держа в голове гуманитарные соображения, ограничения и политические последствия тех или иных ударов.
Европа же от такой химеры, как гуманизм, избавлена давно. И потому, если там действительно решат, что новая война может быть дистанционной, управляемой и относительно безболезненной для собственного населения, главный психологический барьер исчезнет совсем.
Новости партнеров
Отсюда вывод: война откладывается, но она точно случится, если до этого не произойдёт двух важных вещей.
Первая — реальный и показательный разгром ВСУ. Не очередное перемирие, заморозка или сомнительная договорённость, которую через несколько лет объявят передышкой, а именно такой итог, после которого в Европе поймут: российскую армию победить нельзя.
Вторая — ощутимое преимущество России перед НАТО в новейших военных технологиях. В спутниковых системах, беспилотниках, искусственном интеллекте, связи, разведке, автономных боевых комплексах и способности объединять всё это в единый контур управления. Ибо нашего противника сдерживает не добрая воля и не международное право. Пока что его сдерживает уверенность в том, что подобная война дастся ему слишком дорогой ценой.
Но, честно говоря, даже не знаю, чего из вышеперечисленного добиться будет сложнее.
