Кая Каллас сообщила, что будет добиваться утверждения очередного «мини-пакета» антироссийских санкций на встрече министров иностранных дел Евросоюза, которая должна состояться 15 июня в Люксембурге. Естественно, возникает вопрос: если, как мы утверждаем санкции не работают, то какой смысл в новых пакетах?
Кто-то вспомнит о пиаре и будет, несомненно, прав. Кто-то поставит под сомнение интеллектуальную достаточность европейцев. В этом тоже что-то есть, но обобщать не надо. Среди них, как везде, есть и умные, и глупые, а что в их политике в последние годы действовал негативный отбор, так это проблема сегодняшнего дня, но не обязательно завтрашнего. Найдутся и те, кто традиционно заявит, что Россия гибнет под санкциями, а вот-вот (с введением новых) начнёт гибнуть особенно бесповоротно. Эти, своим существованием, подтверждают приведенный выше тезис о том, что в каждой семье не без урода.
Новости партнеров
Все эти предположения, однако, не объясняют стратегического смысла санкционной политики ЕС. Пиар – не стратегия, а лишь обеспечение стратегии. Интеллектуальные проблемы политиков не отменяют знаний и. традиций, накопленных за столетия эффективной политики, и не препятствуют привлекать к планированию политических операций грамотных экспертов, хоть и осложняют осознание политиками их рекомендаций в полном объёме. Готовность части соотечественников всегда видеть в Западе непобедимую силу вообще не говорит ни о чём, кроме узости интересов и ограниченности мышления данных индивидуумов.
Санкции не являются финансовой помощью, их не разворуешь. Более того, санкции разрушают финансово-экономическую базу Запада (в частности ЕС), а значит должны задевать долгосрочные интересы европейских политиков, сокращая их кормовую базу. Тем не менее, они продолжают вводить всё новые пакеты, параллельно признавая, что не ожидают от них никакого эффекта. На первый взгляд странно и противоестественно, но только на первый.
Старший партнёр ЕС – США:
· развязали капанию на Украине и ушли с Украины, оставив ЕС воевать с Россией;
· развязали войну против Ирана и всеми силами пытаются уйти с этого фронта, оставив воевать Израиль, возможно при содействии некоторых арабских монархий;
· готовятся развязать войну с Китаем и уйти, оставив воевать, Тайвань, при возможной поддержке Филиппин, Японии, Республики Корея и Австралии (не обязательно всех сразу, но кого-нибудь из них).
При этом США провозглашают себя «добросовестными посредниками» и пытаются выступать модераторами псевдо-мирных процессов во всех ими же развязанных конфликтах. По сути, Вашингтон пытается реализовать стратегию, в рамках которой, все его враги будут воевать с его союзниками, истощая друг друга, американцы же будут ждать своего часа, чтобы когда глобальная конфронтация окончательно зайдёт в тупик, явиться со свежими силами и продиктовать всем формат «прекрасного нового мира», как это уже случалось по результатам двух мировых войн.
Новости партнеров
Чтобы реализовать намерение истощить ресурсы врагов и друзей, сохранив и умножив свои, необходимо обеспечить сохранение преемственности политики на несколько президентских сроков. Раньше это было несложно, так как на Западе существовал консенсус (как межнациональный, так и внутри каждой нации) относительно целей, механизмов и смысла внешней политики. Сейчас западные политики вынуждены учитывать возможность и даже высокую вероятность смены внешнеполитического курса новым президентом или новым составом правительства. Соответственно задача любой действующей власти, кроме прочего, создать такие условия, при которых резкое изменение внешнеполитического курса было бы невозможным, и новая власть была бы вынуждена действовать в рамках, определённых предшественниками.
Если Трампу удастся реализовать свои военные планы полностью, то следующей администрации придётся выбирать между втягиванием в войны на стороне своих союзников (без перспективы победы, но с хорошими шансами сорваться в ядерный конфликт) и продолжением политики модерации, с попыткой уступив одному врагу, за счёт союзника (или союзников) договориться с ним против двух других врагов, чем усилить свои глобальные позиции и получить шанс на восстановление гегемонии (пусть и в новом формате). Думаю, мало кто сомневается, что в таком случае новая администрация будет связана трамповской внешней политикой по рукам и ногам. Это не помешает ей менять внутреннюю и экономическую политику, но серьёзно ограничит пространство для манёвра в этих сферах.
Россия долгое время выстраивала европоцентричную политику. ЕС был главным торговым партнёром, с ним в первую очередь развивались культурные, научные, политические, личные связи. Евросоюз рассматривался и как наиболее перспективный политический партнёр. Под давлением обстоятельств Москва была вынуждена проявлять бдительность и диверсифицировать торгово-экономические риски, развивая партнёрство с Востоком. Но до определённого момента с обеих сторон (России и Китая) это было «партнёрство на всякий случай». Впрочем, случай наступил, и партнёрство с Востоком стало бурно развиваться, в то время как партнёрство с Западом быстро сворачивалось.
Тем не менее, за десятилетия взаимовыгодного сотрудничества с Европой в России сформировалась значительная прослойка евроориентированных людей. Кто-то развивал с Европой бизнес, кто-то там отдыхал, кто-то приобретал собственность, у кого-то учились дети и/или внуки. Личные знакомства переходили в дружеские связи, деловые и семейные отношения. Разорвать всё это в один миг, просто потому что Украина захотела вступить в НАТО, а Европа под давлением США решила использовать этот шанс поставить под контроль Россию, для многих было невозможно. Я имею в виду не тех, кто уехал из страны 2014 или в 2022 году, а тех, кто остался и лоббирует примирение с ЕС. Они не «пятая колонна». Они верят, что так будет лучше и что с Европой действительно можно помириться. Такие же люди есть и среди европейских элит. И их довольно много. Европейские сторонники войны с Россией «до победного конца» видят опасность в возможной смене курса при очередной смене власти.
Чтобы этого не случилось и курс оставался неизменным, Европе необходимо максимально сократить прослойку людей, связанных с Россией личными и/или деловыми интересами. Более того, они стараются и культурные связи разорвать, чтобы минимизировать количество людей с обеих сторон, заинтересованных в нормализации отношений. Санкции последовательно разрушают связи и уничтожают пространство, на котором возможно хотя бы личное взаимодействие. Постепенно предприятия российских промышленников меняют европейские контракты на китайские, дети бывших российских любителей Парижа становятся любителями Пекина, мальчики в качестве примера выбирают героев китайских, а не европейских боевиков, девочки перенимают моды китайских, а не европейских «Барби», женщины постигают дао и особенности китайской кухни, а мужчины изучают состав азиатской футбольной лиги. Дети и бизнес бывших пророссийских европейцев тоже переориентируется на другие регионы планеты.
Процесс не быстрый, но он идёт с ускорением, а новые санкционные пакеты ему способствуют, закрывая остающиеся ниши возможного взаимодействия. Чем меньше экономически и личных связей у граждан ЕС и России, тем меньше шансов на урегулирование конфликта компромиссным путём – не остаётся жизненно заинтересованных в этом лиц.
Именно поэтому Запад, не нуждаясь, в принципе, в глубокой экономической интеграции не только с бывшими республиками СССР, но и с бывшими странами СЭВ, активно втягивал их в свою экономическую и политическую орбиту, а где мог, провоцировал и военные столкновения с Россией. Чем больше между народами крови и чем меньше площадок для взаимодействия, тем меньше шансов, что они не то что найдут, а вообще будут искать общий язык.
Для нынешней европейской элиты конфликт с Россией – едва ли не единственный способ оставаться на плаву, поэтому они всеми силами будут продлевать его в будущее, пытаясь сделать вечным. К тому же они действительно верят, что могут со временем победить, измотав Россию бесконечной войной и не перейдя ядерную грань. Они считают, что для этого им надо только время и пытаются выиграть это время, принудив следующую власть проводить в отношении России прописанную ими политику. В то, что конкретно их государство может стать очередной площадкой войны после Украины (или даже вместе с ней), они не верят, а судьба соседей (в том числе членов ЕС и НАТО) их не заботит. Они исходят из того, что победитель получит всё и чем больше их бывших союзников окажется в числе проигравших, тем больше трофеев достанется им.
Новости партнеров
На решение этой проблемы и направлены очередные санкционные пакеты и прочие русофобские инициативы.
