Президент России не захотел принять пас от президента Казахстана
Иногда бывает и так: есть факты, причины и «пружины» этих фактов вообще-то очевидны, а целостная картина происходящего все равно никак не складывается. Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, обращаясь к Путину во время их встречи форуме межрегионального сотрудничества двух стран в Омске:
«Ко мне поступает много сигналов, я о них вас информировал по телефону, из Европы, из Соединенных Штатов Америки, сигналов, касающихся нынешнего положения конфликтной ситуации между Украиной и Россией… Это просто мое скромное мнение, коль скоро ко мне обращаются: может быть, этот конфликт стоит уже заморозить и вернуться к «Стамбульской формуле 2.0», поскольку там были достигнуты значительные результаты».
Новости партнеров
Ни на секунду не сомневаюсь в том, что часть упомянутых Токаевым обращений и «сигналов» исходит не только из «Америки и Европы», но и из возглавляемой им страны. Значительная часть казахстанского энергетического экспорта настроена на транзит через Россию. Действуя в логике войны с РФ, Украина Зеленского прицельно бьет по этим транзитным потокам, явно рассчитывая вбить клин между Москвой и Астаной. Казахстан по факту превратился в заложника и жертву российско-украинского противостояния.
Естественно, Токаеву это не может нравиться по определению. Поэтому, встречаясь с ВВП, он послал ему вежливый, корректный, но при этом очень четкий сигнал: «Природа этого конфликта не совсем понятна для многих, в том числе и для нас». А раз так, то этот «конфликт с непонятной природой» пора для начала «заморозить» с тем, чтобы начать движение к мирному урегулированию. Казалось бы, ситуация ясна как божий день. Но, как говорится, есть нюансы.
Касым-Жомарт Токаев – это дипломат и по своей первой профессии, и по своему призванию, и по складу своей личности. Как лидер с огромным дипломатическим опытом он прекрасно знает: в политике кратчайший путь между точкой А и точкой Б – это далеко не всегда прямая, а публичность сигнала совсем не обязательно усиливает его значимость и эффективность. Если «темнота друг молодежи», то кулуарность и келейность – первейший «кореш» дипломатии.
Допускаю и даже верю в то, что Токаеву было важно обозначить свою позицию для того, чтобы показать своей внутриполитической аудитории: смотрите, я понимаю всю остроту ситуации и делаю все, чтобы ее разрулить! Впрочем, почему я говорю только про «внутриполитическую аудиторию» Токаева? «Внешнеполитическая аудитория» для президента Казахстана не менее важна.
Если есть проблема, затрагивающая Казахстан, то у лидера этой страны должна быть и своя четкая позиция по отношению к ней. Вот в Омске Токаев эту позицию и обозначил. Но это все равно только «надводная часть айсберга». Насколько я знаю, отношения Путина и Токаева не являются настолько близкими и доверенными, как у Путина и первого президента Казахстана Назарбаева. Но это все равно очень близкие и доверительные отношения, основанные в том числе вот на каких принципах: не подставлять друг друга и не давить публично друг на друга.
Отталкиваясь от этого факта, позволю себе высказать предположение: публичный призыв Токаева к «заморозке» конфликта не стал для Путина неожиданностью. Президент России заранее знал, что такой призыв последует, и не высказал против него никаких возражений. Я не готов разматывать логическую цепь дальше и говорить о том, что и этот призыв и озвученный позднее устами Дмитрия Пескова ответ Москвы – «с учетом позиции Киева заморозка конфликта на Украине невозможна» – являются частью некой «домашней заготовки» двух президентов.
Возможно, все дело в том, что Путин и Токаев согласились не соглашаться друг с другом в этом вопросе. Возможно, Президент России просто принял то, что президенту Казахстана важно публично обозначить свою позицию, и два лидера просто согласовали приемлемую и комфортную для друг друга форму такого обозначения. Но я бы ни в коем случае не рискнул убирать слово «возможно» из двух предыдущих предложений – и, кстати, из последующих тоже.
Новости партнеров
Возможно, что у ситуации есть и альтернативное объяснение. Возможно, что мы только что стали свидетелями первого совместного хода двух президентов в некой задуманной ими политической многоходовке. Если вдуматься, то кроме слова «заморозка» мало что из предложенного Токаевым противоречит позиции России. Президент Казахстана предложил сделать основой мирного урегулирования достигнутые (или, вернее, почти достигнутые) в Стамбуле в 2022 году договоренности. Российские официальные лица тоже неоднократно высказывались в том же духе.
Но это так – информация к размышлению, которая заиграет (или не заиграет) новыми красками только тогда и только если инициатива Токаева будет иметь некое логическое продолжение. Пока что мы можем лишь зафиксировать непосредственные результаты встречи на высшем уровне в Омске: Президент России отказался «принять пас» от президента Казахстана – или сделал вид, что отказался.
