Марат Баширов отмечает, что поспешно озвученное после провала кражи российских активов обещание выдать Киеву с плеча Мерца-Урсулы 90 млрд евро – мягко говоря, не гарантировано. Потому что нужно как минимум понять, кто из стран ЕС в это вложится на практике и на каких условиях. После чего проголосовать за это в парламентах, пересмотреть бюджеты и так далее. Так что вопрос этот не долгий.
Добавлю от себя – может быть так, что конкретная форма обещания выбрана специально. А Зеленскому уготована судьба того самого ишака из «задачи трёх тел» с ишаком, шахом и Насреддином.
Новости партнеров
ЕС выбрал самую тяжёлую, медленную и политически токсичную форму финансирования — через общий долг под национальные гарантии. Это говорит о главном: ни одна ключевая страна не хочет брать финансирование Украины «на себя». Если бы был политический консенсус, то деньги пошли бы через прямые трансферты, либо через расширение уже существующих макрофинансовых инструментов. Выбор облигаций есть ничто иное, как желание растворить ответственность во времени, институтах и бюрократии.
Вопрос «под что выпускать облигации» действительно ключевой. «На войну» — невозможно юридически и токсично политически. «На восстановление» — невозможно, пока война идёт и инфраструктура продолжает разрушаться. «На макрофинансовую помощь» — вызывает вопрос возвратности и контроля. «На закупку вооружений» — сразу упирается в запрет ЕС на прямое военное финансирование третьих стран и в вопрос: кто конечный бенефициар — ЕС, ВПК или Украина? Там ещё и США, которые тоже захотят поприсутствовать при дележе.
Вывод? ЕС сам не понимает, какую Украину он финансирует: воюющую, восстанавливающуюся или просто выживающую. А если цель не ясна — долг обычно не выпускают.
Даже если Еврокомиссия «продавит» рамочное решение, каждая национальная гарантия — это отдельный политический бой. На фоне дефицитных бюджетов, сокращения соцрасходов, роста правых и евроскептиков, «деньги на Украину» превращаются в идеальный электоральный раздражитель. Так что 90 миллиардов евро, это, скорее, верхняя граница мечты, а не базовый сценарий.
К тому же, рынок не обязан верить Брюсселю на слово. Очень важный момент, который часто недооценивают. Потому что для инвестора такие облигации это политически мотивированный долг с неясной экономической отдачей. Где то там ещё висят потенциальные судебные риски от России, с высоким репутационным шумом. Результат? Либо низкий спрос, либо высокий купон, либо необходимость скрытого выкупа через квази-государственные структуры (ЕЦБ, госбанки). В любом из вариантов стоимость денег для Украины резко возрастает, а значит — объём поддержки фактически снижается.
Автор — политолог, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
