Если отойти от пиара с золотыми голубями, здравицами в честь величайшего гения всех времён и народов, дорогого Дональда Фредовича, то наступивший «мир» в Газе это искусственная конструкция, собранную ради внешнеполитического эффекта, но не обладающую системной устойчивостью. Она держится на временных совпадениях интересов ключевых акторов, но не на институциональных или политических гарантиях.
То, что Трамп объявил окончание войны, — это медийно-политический акт, а не итог переговоров или выполнения условий.
Новости партнеров
- ХАМАС не разоружён.
- Израиль не подписал соглашение.
- Международные гарантии отсутствуют.
- Будущая административная модель Газы не определена.
Это похоже на то, как в 1970–80-х годах сверхдержавы объявляли о стабилизации ситуации в Афганистане, когда на самом деле шла переконфигурация локальных сил перед новой фазой войны. Израиль и США де-факто сдали Газу ХАМАС под лозунгом: «пусть сами разбираются». Израиль удерживает периметр, ЦАХАЛ уходит вовне, Трамп демонстрирует победу. Но это создаёт вакуум управления: международных структур нет, альтернативных палестинских сил нет, а сама группировка истощена, потеряла десятки тысяч бойцов, но вооружена и не собирается меняться. Конечно, у ХАМАС есть слабое место, группировка вынуждена одновременно восстанавливать власть, проводить клановые зачистки и управлять разрушенным анклавом — без денег и легитимности.
Трамп сознательно переложил ответственность за финансирование восстановления на монархии Залива. Если Саудовская Аравия и ОАЭ решат не вкладываться, то сектор погрузится в хроническую гуманитарную катастрофу. Если решат вкладываться — это будет означать де-факто легитимацию власти «скорее всего ХАМАС».
Уточню, «нет» в плане оформленном. В секторе сейчас разворачивается внутренняя война низкой интенсивности между ХАМАС и кланами (Дурхамуш, Джамаш, Тарабин и др.), а также остатками структур, связанных с Израилем.
Сейчас международное сообщество облегчённо выдыхает: боевых действий нет, можно переключить внимание. Но отсутствие внешнего давления и наблюдения дает отсутствие сдержек. Внутри анклава может происходить что угодно — от репрессий до трансформации в плацдарм для новых радикальных сетей. Ну или продолжение геноцида. Скорее всего, всё это будет идти одновременно. Наружу ситуация вылезет при первом же внешнем шоке.
Наступивший «мир» может продержаться, если все акторы будут демонстративно игнорировать внутренние процессы в Газе. Но он рухнет, если одна из трёх осей — финансы, ХАМАС, израильский периметр — даст сбой. Это не послевоенное урегулирование. Это управляемая изоляция конфликта, временно вынесенного за скобки мировой политики в позицию неопределенности.
Автор — политолог, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
