В годовщину воссоединения Донбасса с Россией о предпосылках и последствиях Русской весны
Теперь понятно одно.
Донбасс поднял восстание не столько ради себя, сколько ради нас. Россия нуждалась в антилиберальном, антизападном перевороте. Мы слишком далеко зашли по этому пути.
Новости партнеров
Богоданный бунт
Россия, настроенная к Европе и Новому Свету открыто, честно, доброжелательно, шаг за шагом принимала западные стандарты там, где принимать их точно не стоило. В образовании в первую очередь. Но если б только там! В сфере семьи и воспитания детей, например, тоже.
Иногда мы упирались, тормозя мировую ЛГБТ-атаку (движение признано экстремистским и запрещено в РФ) и дикие — хотя выдаваемые за самые гуманные на свете — европейские законы по отъему русских детей и вывозу их в «цивилизованные страны».
Атакующая сторона временно отступала, но вскоре начинала новую атаку.
Упрощало их работу то обстоятельство, что добровольные агенты их влияния пронизывали все российское общество: медиа, культуру, политику, интернет-сети. Они разлагали нас на всех уровнях.
Но как мы могли восстать? У нас не было ни одного шанса!
Разве могла восстать Рязанская или Тульская область? Против кого? Против «западнического лобби»? Но как восставать против него, если оно было везде и вместе с тем — нигде?
Новости партнеров
На кого из них ни посмотришь: все приличные люди при должностях и портфелях! Половина — с государственными наградами. Другая половина — заслуженные артисты, звезды сериалов, лауреаты литературных премий.
…и восстал Донбасс. Не просто восстал, но и победил.
Под победой я имею в виду вовсе не то, что три тысячи ополченцев отстояли Донецк и Луганск летом 2014 года. И вместо трех тысяч ополченцев к осени их стало тридцать тысяч: это шла первая русская волна.
Но то была лишь зримая и малая часть нарождающейся победы.
Главное же достижение восставшего Донбасса заключалось в том, что своим восстанием он принудил вскрыться предательскую сеть в самой России.
Обычно я не употребляю таких резких слов, но с другой стороны, а как нам еще называть тех, кто принял в страшном конфликте чужую и враждебную нам сторону? Сторону позорного батальона «Азов» (признан террористической организацией, запрещен в РФ), бандеровского бюстика в каждой украинской школе, разрушенного памятника маршалу Георгию Жукову, запрещенного красного знамени и униженного русского языка?
Прозападная сеть внутри России была уверена, что страна уже принадлежит им. Они твердо знали, что «свои» у них всюду — в экономике, в большом бизнесе, в школе, в университете, в «Голубом огоньке» и даже в армии. Везде сидят аккуратно расставленные, глазастые, клыкастые часовые и присматривают.
На их беду — наших оказалось больше. В сущности, сам народ оказался наш, а не их.
Новости партнеров
Народ — неумолимая сила. Опираясь на русское многонациональное большинство, можно планету перевернуть. И это другая победа, которой мы еще не достигли, но само мироздание неумолимо влечет нас в этом направлении.
Когда б еще вернулись мы в КНДР, на Кубу, в Монголию, в Никарагуа, в заждавшуюся нас Африку? Когда б еще мы догадались, что наши товарищи на планете выглядят вовсе не так, как мы думали в последние 30 лет и 3 года?
Давайте я назову вещи своими именами. Наши главные товарищи — цветные. Пусть не единственные, но, настаиваю, главные. Ведь помимо предательской сети внутри страны, Донбасс выявил, увы, и другую беду.
Это обидное знание, но это знание, которого было не избежать. Мы увидели, с какой готовностью наши вчерашние британские, немецкие, французские, польские, чешские, так сказать, партнеры кинулись убивать нас. Пусть чужими руками — зато своим оружием.
Их политические элиты оказались готовы недокармливать собственное население — лишь бы эта страшная Россия рухнула! Лишь бы разрасталось кладбище в этой России величиной во всю Россию целиком…
Донбасс, слышишь ли ты нас?
Спасибо, Донбасс
Спасибо, родной, ненаглядный.
Ты вернул нам, почти ослепшим, зрение.
…все остальное, что и так очевидно, хоть и не упомянуто пока мною, — тоже важно.
Важно, что в большую Россию вернулись десятки новых городов, тысячи сел и деревень. Важно, что мы сделали одно из морей внутренним. Важны полезные ископаемые, фабрики, заводы, шахты.
Особенно важны новые люди: через потери на фронте и за его пределами (в виде поуехавших и очистивших нас) Россия обрела в общей сложности до десяти миллионов населения — если считать вместе жителей освобожденных регионов и беженцев с Украины. Сколько новых русских людей — верных Александру Пушкину, генералиссимусу Александру Суворову и памяти молодогвардейцев — родят они!
Но главное, что верность прошлому, верность нашим поэтам, героям и святым вернула себе вся наша необозримая страна.
Через первые митинги в Донецке у памятника Владимиру Ленину. Через битву за донецкий аэропорт. Через противостояние на Луганщине. Через бои за Иловайск. Через многолетнее стояние многострадальной Горловки — вернула.
И нет для меня большего счастья, что часть той вахты отстоял вместе с великим народом Донбасса и я, грешный. Может, всего один метр земли и отстоял, — на которой сам стоял, — да все равно он мой. Нет большей гордости, что среди пролитой за великую землю Донбасса крови есть и капля моей. Вовек осиянны будут теперь имена тех, кто принял первые бои и вызвал огонь на себя.
Всей своей шахтерской грудью, всей своей казачьей, русской, малороссийской силой и статью Донбасс накрыл нацеленную в нас амбразуру и дал России время очнуться. Как все это было верно, как нужно. Как все это богоданно.
