Некоторые последствия ограниченности американской глобальной власти оказались для России очень неожиданными
Иногда дружить можно не против кого-то, как все привыкли, а за самих себя – так выглядит главный вывод из визита Владимира Путина в Китай и тех встреч на высшем уровне, которые у него там состоялись. Да-да, я понимаю, что в глазах многих этот вывод является сомнительным. И первый в ряду этих «многих» — Дональд Трамп, который то ли пошутил, то ли не совсем пошутил по поводу «заговора» против его драгоценной персоны. Но президент США напрасно сомневается: «заговора» против Америки на слете лидеров тех стран, которых сейчас в России принято называть «мировым большинством», не было. Вместо этого были оборонительные политические действия сливок этого мирового большинства, нацеленные на то, чтобы вежливо, но твердо показать Трампу предел его возможностей.
Экзальтированная дама родом из Эстонии – глава дипломатической службы Европейского союза Кая Каллас – обвинила радушного хозяина сбора лидеров в Китае председателя Си в том, что он бросил «прямой вызов международной системе, основанной на правилах». Впрочем, слово «обвинила», наверное, не совсем уместно. Председатель Си действительно бросил такой вызов – и не он один. Другой участник «вызова» — премьер-министр Индии Моди, не говоря уже о Путине, который некогда первым из высших мировых лидеров начал публично высказывать претензии по поводу «правил», которые Запад, непонятно на каких основаниях объявил «универсальными».
Новости партнеров
В прошлом месяце Трамп внес полную ясность в вопросе об этих основаниях. Звучат эти основания так: «по щучьему велению, по моему хотению». Привыкнув к подобострастию со стороны прочих лидеров стран западного блока, президент США захотел обеспечить аналогичное подобострастие со стороны лидеров других держав – для начала Индии, а потом, как получится. Но до этого «как получится» дело в итоге не дошло. Все не получилось уже на этапе главы самой населенной страны мира Нарендры Моди. Столкнувшись с тем, что Трамп решил поиграть в «большого белого сагиба» («сагиб» — вежливое обращение к европейцу во времена, когда Индия была жемчужиной британской колониальной системы), Моди быстро нашел выход.
Остававшаяся вплоть до настоящего момента не реализованной давнишняя идея Евгения Примакова об геополитической оси Москва-Пекин-Дели вдруг перестала быть чисто теоретической конструкцией. Лидеры России, Индии и Китая показали, что если они объединяются, то американская «экономическая дубинка» вдруг резко уменьшается в размере. Трампу доказали, что его возможности «размазать всех по столу» не безраздельны, как он об этом часто хвастливо заявляет, а напротив имеют пусть обширные, но при этом все-таки четкие границы. Поэтому-то он так и разозлился – или, что более вероятно, сделал вид, что разозлился.
Но если ось Москва-Пекин-Дели это больше не чисто теоретическая конструкция, то постоянной политической конструкцией её тоже не назовешь. Россия, Китай и Индия объединились не для того, чтобы «бросить перчатку» Трампу и вступить с ним в «решительный бой», а для того, чтобы умерить объем его амбиций и – после того, как это уменьшение произойдет – продолжить конкурентное, но при этом конструктивное взаимодействие с нынешним американским лидером.
«Договориться о приемлемом варианте прекращения этого конфликта можно. Я из этого исхожу. Тем более что мы видим настроение действующей в США администрации под руководством президента Трампа, видим их не просто призывы, а искреннее желание найти это решение. Мне кажется, есть определённый свет в конце тоннеля», — это сделанное ВВП перед его отлетом из Пекина заявление о перспективах разруливания украинского кризиса заявление не стоит воспринимать как набор дежурных комплиментов в адрес его американского визави. Противопоставление «конструктивной» Америки Трампа и «неконструктивной» Европы Мерца, Макрона, Стармера и далее по списку – одна из основ нынешнего курса Кремля на украинском направлении.
Другое дело, что «конструктивность» Трампа и здесь упирается в объективные – или где-то субъективные — ограничения его возможностей. Обивая президенту положенное число поклонов, лидеры «коллективной Европы» упорно гнут свою линию, параллельно рассказывая при этом Трампу, что они лишь воплощают в жизнь его мудрые планы. В конце предыдущего месяца Дмитрий Песков так ответил (или, вернее, не ответил) на вопрос о том, какие гарантии безопасности Украины со стороны Европы являются приемлемыми для России: «Мы не хотели бы сейчас вести разговор на эту тему в публичном формате. Считаем это неполезным для общей результативности».
Возможно, это является указанием на то, что в «непубличном формате» вопрос гарантий безопасности действительно обсуждается в том ключе, который, если использовать лексику Пескову, «полезен для общей результативности». Но если ориентироваться на те позиции, которые различные участники конфликта не раз озвучивали в публичном пространстве, то это «возможно» выглядит очень сомнительно.
Новость этого четверга: участники «коалиции желающих» желают и готовы поставлять Украине ракеты большой дальности. Сомневаюсь, что эта инициатива соответствует духу и букве того, о чем Путин и Трамп договорились в Анкоридже. Получается, что распространенное в России недавнем прошлом применительно к украинскому кризису мнение о том, что «американцы скомандуют – европейцы возьмут под козырек», пока, округло выражаясь, не совсем подтверждается фактами. И Трамп то ли не хочет, то ли не может – или и то, и другое одновременно – ничего с этим поделать. Такой вот выходит баланс ограничений американской глобальной власти – со всеми его приятными и неприятными сторонами для Москвы.
