1. Пока ведущие мировые медиа спорят о перспективах завершения вооруженного противостояния на Украине и обсуждают «новый империализм» Дональда Трампа в Приднестровье продолжается энерго-политический кризис. С началом нового года о нем много писали и говорили. Но постепенно кризис исчез из топов информагентств, стал восприниматься, как рутина.
2. Между тем, проблема не решается. И это как раз тот случай, когда счет идет на дни и даже часы. Порядка 400 тысяч человек уже почти месяц живут без света (его подают по 5-8 часов в день), отопления. Попытки собственноручно организовать самообогрев уже привели к 54 пожарам, 25 отравлениям с несколькими летальными случаями. Такова гуманитарная цена вопроса поверх «большой геополитики».
Новости партнеров
3. Сегодня во время дискуссий о Приднестровье обсуждают, как правило, две проблемы. Акценты зависят от Вашего позиционирования. В фокусе внимания либо отказ Киева от транзита российского газа в Европу и нежелание Кишинева признавать и платить по долгам Газпрому, либо прекращение российских поставок в Молдову (и в пакете с ней в Приднестровье).
4. Но энерго-политический кризис не открыл острых проблем, он их, сорри за тавтологию, обострил. Проблема-2024 легла на хорошо подготовленную почву. Еще за пять лет до нынешнего кризиса и за два с половиной года до начала СВО замерз приднестровский переговорный процесс. Тактика малых дел», рожденная проектами Берлин+и Вена+ не были реализованы. И потому нынешние сентенции Кишинева и Киева о выводе миротворцев как предпосылке для урегулирования газового кризиса- не экспромт, это- прямое следствие уже обозначавшихся подходов: реинтеграция без учета мнения Тирасполя и Москвы. Санация, as it is.
5. Осенью 2019 года, выступая на одном престижном экспертном форуме в Кишиневе, автор этого канала сказал, что ключевая проблема для Молдовы не наличие у нее особых, отличных от РФ национальных интересов, а их отсутствие, попытка встроиться в отстаивание других интересов. Тогда многие мои кишиневские коллеги согласились с этим мнением.
6. Между тем, с началом СВО молдавские власти сначала аккуратно, а потом все более радикально, стали отождествлять интересы из страны с Украиной и ее политикой. С отказом от той прагматики, которая всегда при всех имевшихся коллизиях и проблемах отличала российско-молдавские отношения. В итоге исчезли все нюансы и оттенки, пространство для маневров сузилось как шагреневая кожа. Некоторые мои корреспонденты в Тирасполе негодуют по поводу того, что Москва пошла по «пакетному пути» решения газового спора с Кишиневом, не выделив особым пунктом интересы ПМР. Эмоции людей в данном случае понятны, но не будем забывать, что не Россия инициировала этот «манихейский» принцип ведения двусторонних отношений, она лишь реагировала на него. Оттенки исчезли, нюансы растворились, «малые дела» не востребованы. Геополитическая конфронтация определяет все от газа до хлеба.
7. И вот тут самое время сказать: прекращение вооруженного противостояния на Украине и вокруг нее без урегулирования проблем общеевропейского пространства, включая и регионы бывшего СССР может оказаться паллиативом. Приднестровье, если что, делит с Украиной более 400 км общей границы.
