Проблемы, с которыми столкнулись ВСУ в ходе нынешнего наступления, носят системный характер и не могут быть преодолены никакими авральными методами.
Первая проблема — огромные потери, фактически, «сточившие» за полтора года профессиональный костяк украинских сухопутных войск. Стратегическая ставка, сделанная военно — политическим руководством Украины на компенсацию технического превосходства ВС РФ численностью своей армии и неограниченностью мобилизационного ресурса, оказалась глубоко ошибочной.
Новости партнеров
Пока в составе ВСУ преобладало профессиональное, хорошо обученное и, получившее боевой, опыт ядро, такое «мультиплицирование» армии приносило свои плоды, но, по мере «стачивания» этого ядра, начала падать боеспособность частей и подразделений. Огромные потери «размывали» некогда сплоченные боевые коллективы, превращая их в отряды, плохо знакомых друг с другом, не верящих своему командованию, людей.
Сегодня даже в самых боеспособных бригадах профессиональное, обученное и получившее боевой опыт ядро ВСУ составляет не более 15 -20%. Остальные 80% это свежие пополнения, или слабообученные войска переведенные в боевые части из ТРО, с почти полным отсутствием мотивации. Некоторые бригады (например 128 горно-штурмовая, 95 десантно-штурмовая) сменили за год уже три своих состава.
Военная «матрица» ВСУ просто сточилась. Армия деградирует, и это сегодня, в ходе нынешнего «наступа», стало очевидно.
Вторая проблема — неуклонная деградация офицерского корпуса ВСУ. Мы об этом писали уже не раз. И, если в обороне, где при наличии оборудованных заранее позиций, природной стойкости солдат, артиллерийской поддержке и своевременным пополнением людьми и боеприпасами, украинское тактическое командование ещё худо — бедно справляется с задачами, то, с ведением активных наступательных действий у него явные проблемы, т.к. наступление требует качественно другого уровня подготовки общевойсковых командиров.
К тому же, ВСУ с осени перешли на американскую систему боевого управления, при которой офицер это, не организатор ведения боевых действий подразделения на поле боя, а «управленец», дистанционно управляющий процессом боя. Сегодня на передовой почти не встретишь украинских офицеров. Они «управляют» боями с командных пунктов, расположенных в глубине опорных пунктов.
И вот теперь ВСУ пожинают плоды такой организации. На штурмы отправляются боевые группы, которыми командуют сержанты и унтер-офицеры. При резком обострении ситуации такие командиры часто теряют управление подразделениями и бегут, бросая технику, убитых и раненых «побратимов».
Третьей проблемой ВСУ стала их «колониальность», когда украинцы воюют оружием, которое получают из-за рубежа, на боевой технике, которую получают из-за рубежа, боеприпасами и ГСМ, поставляемыми из-за рубежа. Любые перебои в их поставках являются фатальными для осуществления военных планов ВСУ.
Новости партнеров
Ещё более критичным является израсходование этих ресурсов, быстрое пополнение которых, ввиду отсутствия собственной военной промышленности и промышленности вообще, невозможно.
Такая война на бесконечном «подсосе» просто обречена на непрерывные «стрессы» на поле боя — сорванные «наступы», провалы обороны и непрерывный кризис системы тылового обеспечения ВСУ.
Остаётся только согласиться с выводами одного из лучших военных экспертов полковника Виктора Мураховского:
«Первый эшелон наступательной группировки противника сточился, не добившись какого-либо результата. У них есть еще второй эшелон, который должен был бы развивать успех, и третий – в основном стрелковые части практически без тяжелого вооружения, которые должны были бы сесть в оборону на занятых первыми эшелонами территориях, но успеха нет, развивать и оборонять нечего. Я полагаю, они еще неделю потыкаются, вряд ли с каким-то заметным результатом, на чем данная наступательная эпопея и завершится… »
