Любая война — это в том числе поиск наиболее точной аналогии. Как правило, это ближайший по времени и сопоставимый по вовлечённым в него ресурсам конфликт.
Но с СВО всё сложнее.
Новости партнеров
Парадокс заключается в том, что по целому ряду параметров она гораздо ближе к Первой мировой, чем ко Второй с её динамичным фронтом, гигантскими «котлами» и вовлечением миллионных группировок в прорыв.
Это касается и позиционного характера боевых действий (даже с учетом обоюдных попыток при помощи ракетно-дроновых ударов лишить противника такого понятия, как безопасный тыл), и объективного запроса на поиск новых, но относительно простых концепций и технологий, не тех, которые дадут «выхлоп» через несколько лет, а тех, которые можно начать применять уже сегодня, чтобы вырваться из позиционного тупика.
Но поскольку сама война продолжает идти на истощение, главным достоинством всё равно остаются массовость и дешевизна.
Тем не менее, появление танков (в нашем случае — внедрение ИИ) и невероятный рывок в развитии боевой авиации, превратившейся в отдельный род войск (как сейчас отдельным родом войск стали беспилотники) — это именно технологии Первой мировой. И Вторую Мировую выиграли именно они, доработанные и поставленные на поток. Не атомная бомба, не реактивная авиация и не германская баллистика.
К слову, пересмотр формата подводной войны — это тоже Первая мировая. И появление САУ. И даже первые эксперименты с дронами.
А ещё уверенность в том, что из войны в любой момент можно выскочить, надо только поймать удачный момент.
В этом плане у нас очень напрасно игнорируют опыт событий 1914-1918 годов (в том числе применительно к восприятию войны в столицах и способности/неспособности всё это дело администрировать), сводя всю военную историю ко Второй Мировой, которая становится универсальным и единственным мерилом и эталоном.
Новости партнеров
И даже если воспринимать Первую Мировую как генеральную репетицию той войны, что пришла следом, этот опыт не становится менее актуальным. Наоборот, под этим углом он становится актуальным вдвойне. Потому что для целого ряда стран, корпораций и конкретных лиц конфликт на Украине — это тоже репетиция. Или полигон.
Автор — политолог, востоковед, специалист по миграционным процессам и межэтническим конфликтам
