Все неизбежно идет к «точке кипения»
Накануне одного из самых массированных налетов на Московский регион за все время СВО известный российский военный аналитик, сооснователь проекта Ватфор Сергей Полетаев выдал свою оценку ситуации, состоящую из двух главных пунктов. Пункт первый: «Судя по публичным заявлениям и действиям наших властей, в Кремле считают, что стратегической угрозы украинские дальние и средние удары не представляют, ситуация под контролем, а решаться все будет на фронте, где у нашей армии неоспоримое преимущество».
Пункт второй: «Украина с Европой пытаются создать видимость перемоги. Определенный эффект от их действий возможен: больше людей в России почувствует, что война не где-то там, она ведется со всем нашим народом и касается непосредственно всех». По итогам бурной (к сожалению, не в лучшем смысле этого понятия) ночи на четверг эта оценка по-прежнему представляется очень актуальной или даже еще более актуальной, чем по состоянию дел на момент до налета.
Новости партнеров
Ясно также, что применительно ко второму пункту оценки Сергея Полетаева уровень этой актуальности будет только нарастать. Некоторые мысли настолько очевидны, что их можно даже не формулировать. Сделаю это исключительно для сохранения стройности изложения. Налет ВСУ на столичный регион в ночь на 18 июня точно не станет последним или даже одним из последних. Что менее очевидно, так это какая именно «большая стратегия» состоит за украинской тактикой наращивания объема и силы атак на Москву.
Сразу поправляю себя: у этой «большой стратегии» есть вполне очевидная видимая часть. Используя свои новые возможности в сфере производства дронов, режим Зеленского хочет дестабилизировать внутриполитическую ситуацию в России в преддверии важного «экзамена» для Кремля. 16 июня Путин подписывает указ о назначении на 20 сентября выборов в Государственную думу. Менее чем через 48 часов после этого Зеленский направляет на Москву рой дронов.
При этом за спиной киевского начальника, совершенно этого не скрывая, маячит Европа, открыто выполняющая сейчас функции выносной площадки и безопасного тыла для украинского ВПК. Учитывая невозможность полного блокирования каналов поставки оружия из Европы на Украину, Россию пытаются загнать в патовую ситуацию, сломить морально и психологически. Что тогда мне непонятно в «большой стратегии» противников Москвы? И что именно я называю невидимой частью этой стратегии?
Отвечу на этот свой вопрос так: мне не ясно, что именно, по мнению геополитических спарринг-партнеров Путина, должно стать финальным элементом идущей сейчас игры. А еще мне не до конца ясно, как наращивание военного давления на Москву сочетается со стремлением Европы вступить с той же самой Москвой в дипломатический диалог. Нет, я, конечно, не забыл про концепцию «двух следователей — доброго и злого». В теории здесь все как раз очень логично.
Но, как я не устаю повторять, теория и практика могут не до конца совпадать — особенно если теория является заведомо неправильной. Теория, что от Путина можно добиться желаемого результата публично загоняя его в угол, представляется мне не то что неправильной — очень опасной. Не хочу уподобляться Сергею Караганову — грозить «расчехлением» ядерной дубинки. Но, если загнать Россию в ситуацию, когда ей нечего больше терять, то тогда может выяснится, что другим — тем, например, которые выполняют функцию выносной площадки украинского ВПК — терять как раз есть чего.
Этот мой последний пассаж можно, конечно, считать эмоциональным всплеском. Путин — очень выдержанный и расчетливый стратег, который не столкнет наш региона мира в адской пламя неконтролируемой эскалации. Но сразу за этим бесспорным утверждением следует вопрос: какой уровень эскалации, с точки зрения Москвы, является допустимым и контролируемым, а какой нет? Зеленский высказывается в том смысле, что то, что мы видим сейчас в плане атак на российскую столицу это цветочки. А ягодки мы увидим ближе к осени.
Если это не пустой треп, то возникает вопрос: не станут ли в какой-то временной точке эти ягодки made in Europe той критической массой, которая заставит российское руководство прийти к выводу о том, что под угрозой оказался сам фундамент российской национальной безопасности? Да, все что у меня пока есть — это вопросы. Но это вопросы, имеющие полное право на жизнь. Вопросы, которые назрели и даже перезрели. Давление на одну из главных ядерных держав планеты нельзя наращивать до бесконечности. Рано или поздно пружина обязательно распрямится.
Новости партнеров
Это понимают и в Европе, и в США, и на Украине. И это, на мой взгляд, дает нам моральное право вернуться к раздумьям о невидимой части идущей (или вроде бы идущей) сейчас большой дипломатической игры. На прошлой неделе послы Германии, Франции и Британии передали в российский МИД некое послание. Хочу заметить, что о сути этого послания никто до сих пор предметно так и не высказался. Возможно, что этот факт является абсолютно малозначимым.
Мы не знаем. Мы находимся в самой глухой части «леса», видим вокруг только «деревья» и можем лишь гадать об общей площади и очертаниях «лесного массива». Такова специфика жизни в «интересные времена». Единственное, в чем можно быть уверенным так это в том, что «скучно» точно не будет. Не исключено, разумеется, что я все переусложняю и ищу «двойное дно» там где его нет. Приведу поэтому альтернативную точку зрения, суть которой сводится к тому, что на самом деле все очень просто и совершенно понятно.
Глава ВЦИОМ Валерий Федоров в своем телеграм-канале: «Стратегия врага очевидна: создать у россиян ощущение, что все плохо и будет только хуже — поэтому соглашайтесь на мир на наших условиях! А условия эти известны: остановка боевых действий по текущей линии боевого соприкосновения, никакого дипломатического признания новых границ России, ввод войск НАТО на территорию Украины, изъятие золото-валютных резервов России в пользу Украины и ЕС («репарации») при сохранении основных санкций против нашей страны».
Если такое прочтение ситуации справедливо, то времена пока еще не самые «интересные». Главная «веселуха» по-прежнему ждет нас — и не только нас — впереди.
