Вместо ожидавшегося со дня на день подписания практически согласованного американо-иранского меморандума о разблокировке Ормузского пролива и начале полноценных переговоров о мирном урегулировании, произошло неожиданно ожидаемое: Иран приостановил переговоры с США. Почему неожиданно ожидаемое? И значит ли это, что завтра война возобновится?
Нет, не возобновится. Никто, кроме Израиля, этого не хочет. А решения Тегерана можно было ожидать, потому что его всячески провоцировали на это и сами Штаты, и Израиль. Особенно последний — он не просто давно уже нарушил перемирие в Ливане (которое было одним из иранских условий сохранения перемирия и начала американо-иранских переговоров), но и в последние дни усилил бомбежки этой страны, включая Бейрут, и захватил еще больше территории уже к северу от реки Литани (зону южнее нее Израиль требует демилитаризировать, а говоря проще — хочет сохранить контроль над ней). Для Ирана это не мелкий вопрос — исламская республика действительно выступает защитником не только «Хезболлы» (войной с которой оправдывает свою агрессию против Ливана Израиль), но и Ливана как такового. Даже в нынешнем своем состоянии Иран не будет поступаться принципами, тем более что эти принципы есть суть и дух всей его политики.
Новости партнеров
Потому что защита Ливана, как и Газы, — это то, что делает Иран реальным борцом за ислам, то есть обеспечивает ему авторитет во всем исламском мире (несмотря на то, что большинство его составляют сунниты, а иранцы — шииты). Когда Штаты и Израиль требуют от Ирана отказаться от «поддержки его прокси в регионе», они не понимают (точнее делают вид, что не понимают), о чем говорят: ни ливанская «Хезболла», ни палестинский ХАМАС, ни йеменские хуситы не являются иранскими марионетками, агентами, ставленниками. Это местные силы, отстаивающие свое право жить на своей земле, — силы сопротивления. Иран поддерживает их, помогает им в том числе оружием? Да, но они его союзники, а не слуги.
Но, казалось бы, сейчас Иран ничем не может помочь ни «Хезболле», ни палестинцам, ни хуситам — его порты и финансы заблокированы, а сам он живет под дамокловым мечом возобновления американо-израильской агрессии. Так зачем же нарываться, зачем прекращать переговоры, зачем требовать невозможного?
Ведь в Тегеране заявили, что прекращают «обмен посланиями» с Вашингтоном (а именно в такой форме, причем через посредников и происходило согласование меморандума) до того момента, пока Израиль не прекратит свою агрессию, имея в виду не только Ливан, но и Газу (где Израиль продолжает наносить удары и расширять зону контроля, то есть оккупации). Разве это реально?
Нет, конечно: Израиль не уйдет из Ливана. Однако после иранского заявления Трамп поговорил с Нетаньяху и решил, что израильтяне остановят свое продвижение на север и удары по Бейруту. То есть Иран получил подтверждение своей репутации защитника всех мусульман. Понятно, что Тель-Авив со временем опять нарушит перемирие, да и на то, чтобы заставить его уйти из Ливана, потребуется много времени и сил, но сейчас Иран показал, что думает не только о себе. И это дорогого стоит, особенно если говорить о его влиянии после полноценного окончания войны.
Хотя почему не только о себе? Исламская республика с самого начала говорила о себе как о защитнике всей исламской уммы, в том числе и обещая освободить Аль-Кодс, то есть Иерусалим. И сейчас, когда ей нанесли серьезнейшие удары Америка и Израиль, она не изменяет себе, сохраняя свой стержень. И это лучший показатель того, кто выходит победителем из войны. Да, Иран понес огромные потери, но победил не только морально, но и геополитически. Не просто сохранив, но и усилив свое влияние в регионе и исламском мире. И дело далеко не только в Ормузе.
