Это рождественское перемирие, если рассматривать его как послание Украине, напомнило мне имевшие когда-то место попытки российского МИД мягко, по-доброму уговорить латышей сделать православное Рождество праздничным и выходным днем в Латвии. На том простом основании, что этот праздник отмечают в Латвии до половины населения. Не только русскоязычные, есть и православные латыши; самый известный пример — Вия Артмане.
Ровно на том же основании можно было убеждать латышей сделать праздничным и выходным днем в Латвии 9 мая. Его тоже отмечают в Латвии до половины населения — не только русскоязычные, но и т.н «советские латыши». Но 9 мая — это все же идеологическая, конфликтная дата. То ли дело 7 января. Христос — один на всех, зимняя сказка, добро. Должна же в конце-то концов у России быть хоть какая-то позитивная повестка в отношениях с этими тремя неврастеническими республиками?!
Новости партнеров
Просчет был в том, что латвийской власти глубоко претило отмечать что-то в один день вместе с Россией, тогда как США и Европа отмечают этот же праздник, но в другой день и по другому календарю. Латыши ведь Return to the West, они вошли в западные клубы, сделали европейский выбор и т.д и т.п. Какое после этого может быть выходное православное Рождество?
Вот такая же реакция будет на рождественское перемирие у активной части украинского общества (а только она сейчас на что-то влияет). Оно может только выбесить как указание на то, что у украинцев с москалями где-то еще сохраняется какая-то общность. Ну, или вызвать благодарность как ценное указание на недоработку. Как? Церкви уже разные, а Рождество до сих пор отмечаем с московскими попами, а не с цивилизованным миром, право на принадлежность к которому выстрадала Украина? Со следующего же года чтобы 24 декабря, омелы на дверях, молоко для Санты и шерстяные носки на каминах.
Я не утрирую. Писал недавно, что на Украине скоро начнут сворачивать культ украинского языка в пользу английского, потому что мова слишком близка к великому и могучему: кто её понимает и русский, и это не дает украинцам вырваться из сферы влияния России. Суть современной Украины — именно в этом отрыве, и любые попытки апеллировать к общему («один народ» и т.п) будут иметь прямо противоположное желаемому действие.
Кому-то на Украине риторика одного народа, безусловно, импонирует, но что с того? Политический класс формируется из пассионарного меньшинства, а оно бесповоротно выбрало тотальную интеграцию в либерал-глобалистский Запад за счёт отказа от собственных корней.
Ряда других постсоветских стран это касается не в меньшей степени, чем Украины. Когда диалог России с этими странами рано или поздно (поздно) возобновится, его будет бессмысленно и глупо вести с позиций какой-то былой общности. России даже выгодно будет вести его с позиций отчужденности, на подчеркивании различий между этими странами и ей, Россией
