В «Нафтогазе» что-то знают. Транзит через Украину будет прекращен

Поделиться

Sergei Chuzavkov / AP

На днях исполнительный директор группы компаний «Нафтогаз Украины» Юрий Витренко дал интервью, мгновенно растиражированное украинскими и российскими СМИ и которое трудно охарактеризовать иначе как паническое. Помимо информации технического характера, оно интересно тем, что отражает, так сказать, настроение умов в системообразующей для украинской экономики отрасли.

Если совсем коротко и по сути, то «Нафтогаз», оказывается, банально не готов к работе в случае прекращения транзита российского газа. Дело тут не в какой-то русской злокозненности или, того хуже, агрессивности. Просто так случилось, что чисто технически модели функционирования газотранспортной системы Украины для такого развития событий, увы, не существует.

Витренко отметил, что она может появиться после планируемых в мае трехсторонних переговоров Украина — Россия — ЕС. Это выглядит весьма загадочно, учитывая, что в случае прекращения российского газового транзита через территорию Украины закончит свою работу и сам формат трехсторонних переговоров. Майские переговоры, вообще-то, будут вестись как раз о продолжении транзита, а не о его неминуемом и совсем уж бесславном конце.

Напомним, что текущий контракт на транзит между «Газпромом» и «Нафтогазом» завершается в конце 2019 года. При этом Витренко уверен, что Россия почти наверняка прекратит прокачку газа через Украину сразу по его истечении, то есть уже в следующем 2020 году. И основания так думать у пана исполнительного директора группы компаний «Нафтогаз», безусловно, имеются.

Но об этом чуть ниже.

Пока же имеет смысл вернуться непосредственно к самому интервью.

Формально оно, разумеется, о том, что «Россия готовится к войне». На Украине это вот уже пять лет самая модная тема, на которую много интересного можно списать. Логика при этом предлагается потребителю информации простая: сейчас объемы транзита через Украину растут, что, как считает Витренко, свидетельствует о сверхнормативной закачке российского газа в подземные газовые хранилища в Европе. Таким образом, по его мнению, Москва и намерена покрывать в начале следующего года выпадающие объемы при поставке топлива для европейских клиентов за счет резервированного газа после прекращения транзита.

Стоит признать, что рациональное зерно в этих размышлениях присутствует.

Имеются некоторые сложности со сроками введения в эксплуатацию сухопутной части как «Северного потока — 2», так и «турецких» маршрутов — проблемы, прежде всего, технического характера. Это обычная ситуация, когда возводятся столь сложные проекты. Москва была бы необоснованно оптимистична, если б не готовилась к подобному сценарию при параллельном перекрытии вентиля для украинской ГТС. Юрий Витренко как профессионал, проработавший в отрасли довольно серьезный период времени, этого просто не может не знать.

Вот только это, конечно, вовсе не означает, что Россия «готовится к войне».

Просто «Газпром» дорожит своей репутацией надежного поставщика и старается обеспечить максимальное исполнение взятых на себя обязательств — даже если они связаны не с проблемами самого поставщика, а с прогнозируемой неадекватностью одной из стран-транзитеров.

Риск прекращения транзита российского газа через территорию Украины по истечении контракта реально велик. Вот только вызван он отнюдь не горячим желанием «Газпрома» поугнетать незалежную. Наоборот, российская газовая корпорация как раз надеется на успех переговоров. Дело в том, что ей просто невыгодно прекращать украинский транзит.

Идеальный для «Газпрома» вариант — это сохранение украинского транзита просто на иных коммерческих условиях: без гарантированных объемов и сроков, а также с вменяемыми расценками.

Да, не навсегда, но на какой-то период времени. По крайней мере до того момента, пока украинская ГТС тихо не умрет своей смертью. Потому как, несмотря на все громкие заявления, денег на критически необходимую модернизацию «трубы» никто из зарубежных партнеров «Нафтогазу» давать не хочет, а у самой Украины этих как минимум пяти миллиардов долларов просто нет.

Также открыто переживает за судьбу украинской «трубы» и Европа — и тоже не от большой любви к восточным соседям. Здесь у них, как говаривал в свое время товарищ Жеглов, «любовь с интересом»: это просто слабость к трубопроводному газу, которого европейцам хочется иметь как можно больше и желательно подешевле.

Естественно, жизненно важно сохранить газовый транзит и самой Украине. Для нее это те самые живые деньги, которые очень нужны.

Но вот тут уже все игроки достаточно холодно и прагматично осознают, что с высокой степенью вероятности сделать этого не получится. Потому что плохо быть маленьким и совсем не суверенным зайчиком.

Немцы не просто так насмерть стоят за «Северный поток — 2», несмотря на все политические издержки. И Россия отнюдь не из садистской прихоти по отношению к молодой демократии изо всех сил бьется за эти замечательные «потоки». И турки не просто так ходят вокруг да около, чуть ли не с ножом и вилкой, предвкушая выгоду.

Все это было затеяно именно потому, что все прекрасно понимают, что украинская ГТС приговорена вне зависимости от того, построят или нет альтернативные газопроводы. Причина проста и не скрывается: нашим общим заокеанским партнерам нужны европейские рынки под их сжиженный газ. Им достаточно политически владеть вентилем на украинской трубе, чтобы иметь возможность закрутить его, когда Штаты технически смогут поставлять в Европу замещающий объем своего американского СПГ.

В случае же, если «Северный поток — 2» и «Турецкие потоки» все-таки будут построены (а сейчас в этом мало кто сомневается), украинский транзит имеет смысл закрыть чуть раньше, чтобы хоть что-то получить от ускользнувшего от полного захвата американцами европейского рынка.

И проще всего сделать именно на этапе переподписания контракта. Тут не надо ничего выдумывать, достаточно просто принуждать украинскую сторону выставлять заведомо неприемлемые для русских или их европейских покупателей условия. Что, собственно, уже сейчас и происходит.

Отсюда и такой накал страстей. Идет большая игра, решаются судьбы целых отраслей европейской промышленности.

Вот только к процессам вокруг украинской ГТС ни Витренко, ни Коболев, ни Зеленский с Порошенко, ни даже сама утратившая суверенитет Украина, уже не имеют отношения.

ria.ru


Поделиться

Читайте также

Загрузка...

Комментарии

Комментарии для сайта Cackle

Новости партнеров