Маски сорваны: президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что задача турецкой интервенции в Сирию — смещение «тирана» Башара Асада. Теперь для всех становится очевидно, что все отговорки и «притянутые за уши» причины незаконного вторжения Анкары на территорию Сирии, такие как борьба с ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и охрана своих границ, были лишь прикрытием настоящей цели. Поговорим же о реальных причинах турецкого вторжения, его последствиях и попробуем спрогнозировать варианты развития событий, с учетом сказанного Эрдоганом.
Поражение «умеренных» боевиков и террористов в Алеппо недопустимо для Анкары
Перелом в «Битве за Алеппо», случившийся в течение последней недели, который привел к освобождению правительственными войсками всей северо-восточной части города, заметно повлиял на международную атмосферу, связанную с Сирийским конфликтом. Особенно активно «скорбят» некоторые европейские страны — хотя, казалось бы, теперь мирному населению этих районов ничего не угрожает, а гуманитарную помощь им уже начали оказывать. Понятное дело — теперь «котел» с «умеренными» и «неумеренными» боевиками захлопнулся еще плотнее. Более того — в конфигурации фронта уже имеется «слабое место», которое может привести к «рассечению» окруженных еще на две части. Перспективы же прорыва осады или оказания обороняющимся боевикам помощи практически нет — сирийская и российская боевая авиация работали и работают не зря.
На этом фоне для Турции, поддерживающей часть отрядов боевиков, наступают тяжелые времена — дело последних лет начинает активно рушиться, попытка повысить влияние в регионе, на «исконно османских» территориях, терпит крах. Понятно, что если войска Асада и курдские отряды одержат победу в Алеппо, большие силы смогут быть переброшены на другие направления, в том числе и в приграничные с Турцией районы. Во многом этим можно объяснить предельно честное сегодняшнее заявление Эрдогана.
Турецкие войска начали испытывать сложности при наступлении
Другим досадным для Анкары фактом является застопорившееся наступление — войска «уткнулись» в важный населенный пункт Эль-Баб, находящийся в 28 км от сирийско-турецкой границы и примерно на 37 км восточнее Алеппо. Город, находящийся под контролем ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ), одновременно пытаются взять коалиция из правительственной армии и отрядов курдской самообороны и турецкие войска вместе со «своими» боевиками. Дело дошло даже до авиаудара сирийской авиации по турецким войскам (правда, он был ответным). Понятно, что угроза прямого столкновения между Дамаском и Анкарой — большой риск для наступающих турецких войск, так как оно несет достаточно непредсказуемые последствия, в том числе и из-за наличия в стране российских ВКС.
Что же касается намеренных ударов по курдским отрядам — то это уже давно практически никак и не скрывается.
На любые отряды произвольно «клеится ярлык» Рабочей партии Курдистана, после чего против них начинаются боевые действия. Тем не менее, чем дальше турецкие войска заходят на территорию Сирии, тем сложнее идет наступление, что вполне ожидаемо. Чем больше турецкие силы будут вовлекаться в конфликт, тем труднее из него станет выйти (а уж тем более выйти победителем). Ко всему прочему, это приведет к еще большему затягиванию конфликта и еще большей дестабилизации на Ближнем Востоке.
Что делать России?
Назвать дружественным заявление Эрдогана, сделанное через три дня после телефонного разговора с президентом России Владимиром Путиным, нельзя точно. Более того, оно напрямую противоречит задекларированным российским интересам в Сирии, заключающимся в возврате контроля над страной ее официальным властям. Похоже, «потепление», наметившееся после извинений турецкого руководства за сбитый российский бомбардировщик Су-24, подходит к концу. Турция, пользуясь тем, что западные страны всячески препятствуют успехам России и правительственных войск Сирии в Алеппо, по-видимому, решила совершить попытку военным путем сохранить за собой максимум влияния в приграничной стране. Данное развитие событий было вполне предсказуемым — поэтому остается серьезный вопрос: зачем же Россия сняла антитурецкие санкции?
Теперь же ситуация может пойти даже по самому негативному сценарию — прямому столкновению сил Башара Асада и Турции. В такой ситуации перед Россией встанет сложный выбор — нанести ли авиаудары по наступающим турецким войскам или нет. При первом варианте возникает угроза возникновения большой войны, а при втором — угроза потерять все те успехи, которые были достигнуты с момента начала российской военной кампании в Сирии. Да и вообще потерять всякое влияние и союзников на Ближнем Востоке. В связи с этим уже сейчас необходимо как минимум сделать ряд ультимативных заявлений на самом высоком уровне. И готовиться к худшему развитию ситуации.
Леонид Нерсисян
