Дело идет к тому, что спасти памятники Пальмиры, признанные ЮНЕСКО достоянием всего человечества, не удастся. Некоторые из них уже уничтожены, некоторым это только предстоит. Сирийская армия продвигается слишком медленно, а боевики ИГИЛ уже завозят в город-музей взрывчатку. Увы, сейчас у Дамаска другие приоритеты, но какие именно?
Боевики ИГИЛ разрушили всемирно известный Тетрапилон в Пальмире. Также уничтожена часть Римского театра, в котором в прошлом году проводился концерт оркестра Мариинского театра под руководством Валерия Гергиева. Разрушение памятников древности подтвердила, среди прочих, и Объединенная сирийская телерадиокомпания ORTAS, но независимой информации о состоянии исторической Пальмиры пока нет.
Ранее сообщалось, что террористы перебрасывают в город большое количество взрывчатки. «С целью уничтожения террористами ИГИЛ мирового исторического наследия в городе», – уточнил начальник Главного оперативного управления Генштаба ВС РФ генерал-лейтенант Сергей Рудской, сославшись сразу на несколько источников.
Памятников древности уже не вернуть. Их восстановление в том или ином виде придется начинать уже с новой отправной точки, покуда правительственные войска медленно, но верно разворачивают контрнаступление в общем направлении на Пальмиру. Любые знаковые события на этом фронте воспринимаются с преувеличенным восторгом и вниманием, но торопиться сирийцы не планируют – они в своем ритме. Более того, пока общий контекст наступления не включает в себя собственно историческую Пальмиру и населенный пункт Тадмор – правительственные войска заняты расширением плацдарма вокруг того, что принято называть базой ВВС Т-4.
То есть речь идет о возвращении под контроль Дамаска части территории, утерянной при поспешном отступлении из-под Пальмиры в декабре прошлого года. Правительственные войска уже восстановили контроль над стратегическим перекрестком дорог Джахар (впрочем, в пустыне любой перекресток чего-то заасфальтированного – стратегический).
Считается, что сирийский генштаб стремится установить контроль над газоносными и нефтеносными полями Джахар из экономических соображений, но на деле речь идет о создании комфортной конфигурации фронта в пустыне в рамках дальнейшего оперативного наступления на Пальмиру. Это разумно – все уже успели устать от того, что правительственные войска выбрасываются на глубину наступления, оставляя в пустыне абсолютно открытые фланги на коммуникациях. В результате даже пара «тачанок» джихадистов, установленная на ближайшей дюне, огневым контролем прекращала снабжение передовых сил.
Потому и часть наступательной активности правительственных войск перенесена южнее Хувейсис и всех вариантов базы Т-4 в голую пустыню. Предположительно, части САА могут пройти по пустыне вдоль небольшой гряды с высотами Джебаль Махакийя и Джебель Умм Джурн, просто поставив эту территорию под контроль, чтоб неповадно было. Ближайшим относительно крупным населенным пунктом в этом направлении может стать Аль-Барида, освобождение которого позволит расширить оперативное направление наступления на другую автомобильную трассу, проходящую южнее гряды Махакийя – Умм Джурн, а это уже совсем другой стратегический расклад для всего региона.
База Т-4 сейчас превратилась в опорную точку для всей системы как обороны, так и наступления правительственных войск. Надо понимать, что это не просто одинокий аэродром в пустыне, на котором с некоторым трудом помещались четыре самолета и с десяток вертолетов. Это несколько объектов разной степени пригодности и совершенно разного военного предназначения.
Так, к северу и югу от самой взлетно-посадочной полосы расположены два объекта ПВО, один из которых – северный – временно попал в руки ИГИЛ. Видео именно с этого объекта тиражировались джихадистами как «захват базы Т-4 с российским вооружением». Там же сейчас находятся системы С-125 «Печора», а еще севернее – заброшенный батальонный укрепрайон, который и превратился в передовую.
Правительственные войска пока что заняты отвоевыванием небольших населенных пунктов вокруг систем базы Т-4, городка и аэропорта Тифор. Наступление в сторону Пальмиры (но не наступление непосредственно «на Пальмиру») пока возможно в силу того, что значительные силы ИГИЛ отвлечены на бои у Дейр-эз-Зора, которые постепенно становятся куда более опасными, чем ситуация на остальных участках фронта. Там инициатива пока принадлежит ИГИЛ, что пугает, поскольку потеря инициативы для сирийской ситуации и нынешнего состояния правительственной армии очень опасна.
И пока что говорить о каком-то существенном прогрессе в направлении Пальмиры не приходится. Особенно если исходить из стратегических целей, многие из которых лежат вне военной плоскости. За то время, пока правительственные войска приступят к освобождению непосредственно древнего города, как и нескольких ассирийских городков вокруг, террористы смогут подорвать ровно столько древних зданий и уничтожить ровно столько произведений искусства, сколько захотят.
Сейчас, к сожалению, нам приходится говорить не столько о военной обстановке, сколько о провале глобальной войны с варварством. И виноваты здесь практически все – от сирийской армии и ее командования до западной коалиции. Российские ВКС не могут и не будут наносить удары по Пальмире, их поддержка ограничена операциями в пустыне, в то время как правительственные войска достаточно регулярно теряют летательные аппараты в этой зоне. И в обстановке, когда центр боевых действий сместился в захолустный Дейр-эз-Зор, спасение Пальмиры будет идти по остаточному принципу. И это очень печально.
Евгений Крутиков
