Тут надо сразу сказать следующее: необходимость появления в Российской Федерации структуры, по подчиненности и функционалу аналогичной объявленной «Национальной гвардии», обсуждалась уже довольно давно. И ничего в данном решении нет.
По большому счёту тут возникает только один вопрос: почему именно сейчас?
Версии выдвигаются самые разнообразные, причем некоторые из них реально дики и конспирологичны.
По сути, все они сводятся к идее: это Путин испугался трёх одиночных пикетчиков у Госдумы, гнавших его в отставку накануне. Ну, вот и запаниковал.
Итак.
Для чего необходима подобного рода структура в принципе?!
Ответ тут элементарен: для балансировки системы управления государством.
Дело тут в том, что «силовыми» полномочиями в данном конкретном случае не только начинает обладать новая, прямо подчиненная президенту структура: от этих несвойственных ему в нормальной управленческой системе полномочий освобождается Министерство внутренних дел. Которое перестает быть «силовым» и становится тем, чем и должно быть: чисто полицейским ведомством с определенным набором функционала.
Собственно говоря, это решение — разделение «силового» и «полицейского» функционалов — напрашивалось уже много лет и выглядит куда более логичным, чем существовавшая до этого конструкция, которой мы обязаны скорее не мировому опыту, а позднесоветскому бюрократическому творчеству. Когда слабевшие партэлиты старательно выстраивали «системы сдержек и противовесов» в интересах прежде всего собственной безопасности.
Поясним. Согласно указу президента, создаваться Национальная гвардия должна путем преобразования внутренних войск и присоединения к ним некоторых подразделений МВД, в основном силового назначения: СОБРа, ОМОНа, сил оперативного реагирования и авиации. Кроме того, в структуру Нацгвардии будут включены подразделения лицензионно-разрешительной системы МВД, контролирующие оборот оружия и частную охранную деятельность, а также вневедомственная охрана.
А МВД в данной ситуации остаётся ровно то, чем оно и должно заниматься при обеспечении внутреннего порядка на улицах российских городов и сел: полицейская, оперативно-розыскная и прочая профильная деятельность.
И также отнюдь не случайно в состав министерства теперь входят ранее «независимые» Федеральная миграционная служба и Служба по контролю за наркотиками.
Ослабит ли это «разделение властей», скажем так, «аппаратный вес» МВД?
Да, безусловно.
Другой вопрос: а нужен ли министерству в нынешних условиях такой «аппаратный вес» для осуществления функций по поддержанию порядка и работы с криминалитетом? Нет.
А «почему именно» сейчас — тоже понятно. Переходящие в откровенно «горячую фазу» конфликты по периметру границ Российской Федерации отнюдь не располагают к расслабленности и вовсе не исключают попыток так или иначе расшатать и дестабилизировать ситуацию внутри страны. Наоборот: такие попытки будут выглядеть вполне логичными со стратегической точки зрения.
И создание подобного рода структуры, в которой любой местный ОМОН подчинён непосредственно президенту страны, есть вполне нормальный и абсолютно адекватный не «тактический», а именно стратегический ответ на подобного рода вызовы.
Дмитрий Лекух
