Шок от избрания Трампа потихоньку проходит, и страны, ранее поставившие на избрание Клинтон, начинают завязать отношения с новым хозяином Белого дома. Владимир Путин сделал это одним из первых. Теперь настала очередь Порошенко. И для обоих принципиально важно, на какой из двух подходов в итоге будет нацелен Госдеп – «трампизм» или «маккейнизм».
Президент Украины Петр Порошенко позвонил Дональду Трампу, и, как пишет The Wall Street Journal, попросил его помочь противостоять «российской агрессии». Кавычки в последнем словосочетании – из заголовка в WSJ. То есть американская пресса начала понимать, что эта «агрессия» существует, в первую очередь, в воображении украинских политиков.
Многие СМИ уже успели обратить внимание на то, что о разговоре Порошенко и Трампа сообщила только украинская сторона. Избранный президент США и его штаб не уделили этому событию какого-либо внимания – мало ли людей со всех концов планеты поздравляют республиканца в эти дни.
Показательно, что даже в новости про разговор Порошенко и Трампа WSJ сравнимый объем текста посвящает состоявшемуся ранее разговору Трампа с Путиным. Про эту беседу штаб и сам Трамп сообщили безотлагательно и в деталях – потому что это был действительно важный разговор.
Обстановку в официальном Киеве после избрания президентом Трампа многие СМИ описывали как гнетущую и почти паническую. Но снижению уровня паники способствуют выступления других видных республиканцев, в первую очередь Джона Маккейна, в 2008 году проигравшего выборы Бараку Обаме. Он, как и Хиллари Клинтон, активно использовал тогда антипутинскую и антироссийскую риторику – и тоже проиграл. Вряд ли дело только лишь в русофобии, но, как говорится, тенденция налицо. Взгляды Маккейна, автора мема про «бензоколонку, притворяющуюся страной», за прошедшие годы стали еще более радикальными, что он регулярно и с удовольствием демонстрирует.
Накануне он распространил обращение, в котором называет оттепель в отношениях с Россией «неприемлемой». Выдержки из текста публикует Washington Post: «Владимир Путин говорит, что хочет улучшить отношения с США… Мы должны относиться с недоверием к этому и другим заявлениям бывшего агента КГБ, который вверг свою страну в тиранию, убил своих политических противников, оккупировал соседей, угрожает союзникам Америки и попытался сорвать выборы в Америке», – сыплет штампами Маккейн.
Последнее обвинение наводит на мысль, что сенатор нанял писать этот текст кого-то из недавно уволенных спичрайтеров Хиллари Клинтон. Это ведь по их версии победу Трампа организовал Путин с небольшой помощью от главы ФБР Джеймса Коми.
«Когда Америка была величайшей (явная аллюзия на предвыборный слоган Трампа – прим. ред.) – она стояла на стороне тех, кто сражался с тиранией, и мы должны сделать это снова», – так завершается послание Маккейна.
Действительно, один из самых ярких периодов в истории США, после которого началось «золотое двадцатилетие» экономического роста, – это Вторая мировая война, в которой США и СССР сражались с тиранией в лице Гитлера. Вьетнамская война, заявленная как «борьба с тиранией», а по сути ставшая бессмысленной кровавой бойней, напротив, нанесла серьезный удар по имиджу США (в том числе внутри самих США), а сразу после этого настал экономический кризис 70-х.
К сожалению, у позиции Маккейна много сторонников в Республиканской партии. И тот, кто в итоге будет определять внешнюю политику США, вряд ли сможет ориентироваться исключительно на предвыборные обещания Трампа наладить отношения с Россией.
Впрочем, некоторые американские СМИ исходят из оптимистичного варианта развития событий и даже предлагают свой план урегулирования на Украине. Например, авторитетное издание National Interest, почетным председателем которого является Генри Киссинджер, публикует статью, озаглавленную «Трехшаговая стратегия для Трампа на Украине». Иллюстрирует текст фотография Владимира Путина и Барака Обамы, как бы подчеркивающая истинных акторов процесса. Киевским политикам в реальной политике места нет.
Первым шагом авторы «Национального интереса» предлагают зафиксировать статус-кво по Крыму – «согласиться, что мы не согласны». Именно так, напоминают они, было с положением прибалтийских республик в составе СССР: Москва считала их своей территорией, а Вашингтон – оккупированными государствами. Общению это не мешало. «Вряд ли это решение можно назвать элегантным и способным удовлетворить кого-то, но этот пункт вполне выполним – и он полностью соответствует приземленной реальности», – отмечается в статье.
Второй шаг – «признать Донбасс частью Украины и добиться эффективного прекращения огня». Собственно, в Минских соглашениях об этом и говорится: Донбасс – это часть Украины и лидеры ДНР и ЛНР даже готовы провести выборы по украинским законам – если те будут соответствующим образом изменены. Но этого не происходит, и регулярные обстрелы Донбасса со стороны ВСУ – суровая реальность. Так что с выполнением второго шага могут возникнуть сложности, если, конечно, Вашингтон не осуществит серьезный нажим на киевские власти.
Третий шаг – «США, Евросоюз, Россия и Украина должны совместно разработать пакетную программу экономической помощи Украине». По мнению авторов статьи, она должна заключаться в восстановлении разрушенной инфраструктуры и в выплатах компенсаций беженцам и пострадавшим в ходе боевых действий. «Для эффективной помощи Украине потребуются миллиарды долларов, и их распределение должно строго контролироваться», – отмечают авторы. В знании украинских реалий им не откажешь, обычно любая помощь в этой стране моментально разворовывается.
Экономическая и политическая стабильность на Украине выгодна всем, включая Россию, резюмирует National Interest, и у Трампа есть возможность предпринять меры к тому, чтобы вернуть отношения с Москвой в конструктивное русло и тем самым вывести мир из опасного тупика.
Тут важно оговориться, что Украина вполне устраивала Россию в качестве надежного экономического партнера и не Москва была инициатором разрыва этих связей. А вот США стабильная и богатая Украина с точки зрения национальных интересов не особенно нужна. Наоборот, островок нестабильности между Россией и Евросоюзом, требующий постоянного внимания и финансовых влияний, им крайне выгоден.
Если бы победила Хиллари Клинтон, Вашингтон продолжил бы усиливать эту нестабильность. Трамп вроде бы пообещал больше не устраивать революций в других странах, поэтому наиболее вероятной политикой США на Украине будет самоустранение – а дальше пусть Евросоюз и Россия разбираются сами, что делать с этой стремительно нищающей страной.
И, кстати, вполне логичной выглядела бы отправка Маккейна послом в Киев, чтобы он «на местах» боролся с тиранией и не мешался в Сенате.
Предвыборные обещания Трампа и позиция Маккейна – это два полюса. Ближе к какому из них ляжет стрелка компаса американской внешней политики, станет ясно в ближайшее время.
Антон Крылов
