Генеральская аналогия с большим террором хромает: в 1930-е гг. уволенные из органов начальники не разговаривали после отставки с журналистами, а признавались в шпионаже в пользу Японии и отправлялись в лагеря или под расстрел. Но важнее другое. Причины увольнения Суходольского, по мнению экспертов, отличаются от официальной версии. Считается, что потенциальный претендент на министерский пост пал жертвой аппаратной интриги. Показательно, что большой полицейский чин считает, что гибель 15-летнего подростка Никиты Леонтьева от рук его подчиненных — не причина для отставки. Суходольского не смутило, что региональных начальников увольняли за преступления подчиненных и раньше. В 2009 г. за стрельбу Дениса Евсюкова должностью поплатился начальник московского ГУВД генерал Владимир Пронин, в феврале 2010 г. после гибели задержанного от рук милиционера был уволен начальник Томского ГУВД Виктор Гречман.
Любопытно и другое: генерал, оказавшись под угрозой, отказался от привычных методов аппаратной борьбы. Он повел себя как майор Алексей Дымовский. Он обратился к обществу: выступил на пресс-конференции, дал интервью и даже пообещал создать профсоюз, который вовсе не жаловал, будучи начальником. Суходольский, может быть, и не великий борец за правду, но его действия говорят о том, что важность публичности выросла. Обществу придется научиться отличать настоящих мучеников от поддельных. Представьте себе, какие открытия и смелые исторические параллели будут ждать нас при новой серии перестановок и отставок, которые последуют после инаугурации нового президента.
Новости партнеров
http://www.vedomosti.ru/
