Евросоюз взял курс на нормализацию отношений с «последним диктатором Европы» — президентом Белоруссии Александром Лукашенко. Первым шагом стало снятие с белорусской элиты части экономических санкций…
Отношение Евросоюза к президенту Лукашенко всегда было очень непростым. Белорусский лидер не являлся демократом в европейском понимании этого слова и выстраивал в стране умеренный авторитаризм с очень серьезной централизацией власти. К тому же он взял курс на союз с Россией и, несмотря на регулярные скандальные выяснения отношений с Москвой, не намеревался от него отходить. В результате против Минска еще в 90-е годы был введен ряд санкций, цели которых были понятны и очевидны. «Запад пытался разговаривать с Беларусью на языке ультиматумов и нравоучений, а целью внешней политики была смена правящего режима в Минске, в том числе насильственным путем через уличный протест и экономическое давление. Запад отказывал в доверии белорусским властям и пытался выстраивать отношения с нашей страной через сеть подконтрольных политических группировок. Сама же Беларусь представлялась на Западе чуть ли не как аналог Северной Кореи», — говорит политолог, директор белорусского Центра «Актуальная Концепция» Александр Шпаковский.
Новости партнеров
Однако смены режима не произошло (население ценит своего Батьку, и в обиду его не дает), а демонизация Лукашенко оказалась напрасной. «Руководство ЕС и Запада в целом убедилось, что Беларусь является предсказуемым партнером, который не несет никаких угроз, наоборот стремится поддерживать безопасность, а успешная миротворческая миссия относительно конфликта в Украине на практике показала это», — поясняет белорусский политолог Алексей Дзермант. Более того, эти санкции как и обвинения Батьки в авторитаризме вызывали серьезные вопросы. Наконец, по словам доцента кафедры политической теории МГИМО Кирилла Коктыша, невозможно уже было утверждать, что в Белоруссии авторитарный режим, а на соседней Украине — демократия.
Процесс перевода отношений с Белоруссией на прагматичные рельсы проходил постепенно. «Часть санкций (персональные ограничения на поездки и финансовую деятельность в странах ЕС 170 чиновников, включая президента Лукашенко — Ред.) отменялась этапами, дабы не создавать никому не нужный резонанс. Сначала эти ограничения были приостановлены на 3 месяца, а теперь их просто не пролонгировали, — объясняет Кирилл Коктыш. — Причем важно то, что эти санкции были сняты на условиях Минска — ЕС выдвигал 10 условий для их отмены, включая требование общедемократической трансформации и изменения выборного законодательства, а по сути было выполнено лишь одно (освобождение политзаключенных)».
Да, часть ограничений осталась в силе. «Под санкциями остаются четыре гражданина Беларуси (которых обвиняют в причастности к исчезновению ряда белорусских оппозиционеров в 1999-2000 годах — Ред.), один из которых — Виктор Шейман — по прежнему является государственным чиновником весьма высокого уровня и возглавляет Управление делами Президента. Кроме того, под запретом остаются вопросы военного сотрудничества ЕС и Беларуси, особенно в части импорта вооружений либо технологий для нужд ВПК», — говорит Александр Шпаковский. Однако, скорее всего, и они со временем будут сняты. «Это можно было бы утверждать, если бы мы могли четко прогнозировать европейскую политику. А мы не можем — ЕС не продемонстрировал достаточного уровня субъектности для того, чтобы следовать своим интересам», — считает Кирилл Коктыш.
В Белоруссии, конечно, рады и частичному снятию санкций — они рассматривают этот шаг не только как часть безусловно позитивного для Минска тренда, но и как способ получить экономическую выгоду. «Основные ожидания белорусских властей от отмены санкций лежат в плоскости экономики: наращивание торгово-инвестиционного сотрудничества, приток кредитов и технологий. Время покажет, насколько это реалистично, ведь Евросоюз сейчас переживает не лучшие времена», — говорит экономический эксперт белорусского аналитического проекта «Цитадель» Александр Синкевич. Тем не менее, по словам Кирилла Коктыша, вероятна «релокация на белорусскую территорию тех западных производителей, кто в силу санкций лишился возможности присутствовать на российском рынке, и вынужден без восторга наблюдать, как его долю забирает себе Китай».
В России же снятие санкций с Минска рассматривают не столько в контексте белорусско-европейских отношений, сколько с точки зрения российско-европейского конфликта. Вероятно, в скором времени некоторые эксперты будут говорить о том, что с Белоруссии специально сняли санкции для того, чтобы переманить Минск из российского лагеря в европейский.
Безусловно, некоторые силы в Европе на это и рассчитывают, однако говорить о реализации этих расчетов пока преждевременно. Во-первых, потому, что «восстановление нормального уровня взаимоотношений — это восстановление нормы. Если бы Беларусь получила односторонние преференции, можно было бы говорить о каких-то авансах, за которые нужно расплачиваться. А тут лишь восстанавливают законные права», — считает Кирилл Коктыш. Во-вторых — и это самое главное — Батька человек неглупый, и история Муаммара Каддафи, Хосни Мубарака и Виктора Януковича его многому научила. Лукашенко прекрасно понимает, кто является надежным союзником, готовым ради защиты своего партнера даже пойти на войны, а кто готов слить этого партнера при первой удачной возможности. Поэтому он не раз говорил, что может с российскими властями ругаться и спорить, но в нужный момент всегда встанет с ними спина к спине. Ну а с кем еще вставать?
Геворг Мирзаян
