Самое потрясающее, что когда начинаешь говорить об этом на женскую аудиторию – с цифрами, расчётами, обоснованиями, – ответная реакция всегда примерно одна. Мол, они сами виноваты. Хотя тут ещё надо посмотреть, кто есть ху. ©
Впрочем, объективная суть ведь не зависит от субъективных оценок. Верно?
Новости партнеров
Итак, о преступлении.
Вот так примерно положение дел в российской пенсионной системе выглядело в сравнении с другими странами до 2018 года.
Здесь показано, сколько в среднем живут мужчины и женщины после выхода на пенсию. При составлении графика за основу брался действовавший на тот момент пенсионный возраст. И статистика по ожидаемой продолжительности жизни учитывалась тоже актуальная на тогда. Теперь она чуть лучше в России и некоторых других странах.
А вот что будет, согласно имеющимся демографическим прогнозам, с российскими пенсионерами уже через несколько лет, когда новый пенсионный возраст проявит себя во всей красе.
Как видим, Россия тут переместится в самый хвост, но это полбеды. А беда в том, что у российских мужчин в среднем окажется в запасе только 3-4 года жизни на пенсии (столбик на графике чуть выше из-за влияния пенсионеров-льготников, типа военных и полицейских).
Новости партнеров
Это ужасно и само по себе, и с точки зрения экономики. Ведь размер пенсий, пенсионных взносов, страховых сборов и т.п. рассчитывался из посылки, что средний пенсионер проживёт лет 17-18 в золотом возрасте. И до реформы это было в целом актуально – в основном, для женщин, но и для мужчин тоже.
Теперь же получается, что мужчина трудится лет 40-45, зарабатывая пенсионный капитал на 20 лет вперёд, напомню, счета в пенсионной системе РФ персонифицированы), получает, если доживёт, пенсию из такого же расчёта, но пользуется ей от силы треть, а то и четверть расчётного срока. И потом его деньги – тю-тю, куда-то в общий котёл. При этом и женщинам от подобной экономии ни жарко, ни холодно: им пенсию не прибавят, легче станет лишь бюджету, которому получится сократить трансферт в ПФР, чтобы тратить деньги на что-то более ценное, чем пожилые люди.
И вот как эту реформу ещё назвать, если не преступлением?
