Нечто весьма любопытное происходит на верхних этажах власти Эстонской Республики.
Министр иностранных дел Урмас Рейнсалу заявил, что не рекомендовал бы президенту Керсти Кальюлайд ехать в Москву на празднование 75-летия победы в Великой Отечественной войне — если поступит приглашение из Кремля. Он отметил, что «в конечном итоге решение должен принять президент, но я относился бы к этому с большой осторожностью».
Новости партнеров
Тут уже не столь важно, поедет ли на самом деле Кальюлайд в Россию на 9 Мая. Слова министра недвусмысленно указывают, что в Таллине подобное развитие событий (еще совсем недавно — абсолютно фантастическое) в принципе рассматривается как возможное.
Это в очередной раз привлекает внимание к фигуре эстонского президента, которая в последнее время идет явно не в ногу со слаженным антироссийским строем прибалтийских стран. А недоуменная реакция местных элит, в том числе самых высокопоставленных ее представителей, свидетельствует, что они сами не вполне понимают, что происходит.
Начать, пожалуй, стоит с весьма нетривиальных — по российским меркам — обстоятельств, при которых Кальюлайд заняла президентский пост. В течение 12 лет, с мая 2004 года, она была представителем Эстонии в Европейской счетной палате и работала в Люксембурге. В сентябре 2016-го вернулась на родину. Уже 27 числа того же месяца ее выдвинули кандидатом на пост главы республики, а 3 октября при голосовании в национальном парламенте она получила необходимое для победы число голосов.
Первые пару лет ее президентства ничем не выделялись в прибалтийской политике. Но нынешней весной госпожа Кальюлайд вызвала переполох у наших тамошних соседей. Всех трех.
В апреле она приезжала в Москву и встречалась с Владимиром Путиным. Причем детали того визита вызвали глубокую настороженность в регионе — начиная с того, что официальная причина поездки (открытие после капитального ремонта исторического здания посольства страны) была воспринята как формальный повод для общения с российским лидером.
Тогда же она пригласила Путина принять участие в VIII Всемирном конгрессе финно-угорских народов, который состоится 17-19 июня следующего года в Тарту. В середине октября Кальюлайд направила ему уже официальное приглашение. Как и еще двум президентам — Финляндии и Венгрии.
На дворе — не середина 2010-х. Сказки про страну-изгоя давно забыты. Россия вернула себе державный статус, идет от одной громкой геополитической победы к другой, отношения с Западной Европой практически восстановлены. Очевидно, что если вдруг Путин приедет в Тарту, это на порядок поднимет статус мероприятия и станет огромным внешнеполитическим успехом Кальюлайд.
Новости партнеров
Совершенно неизвестно, решит ли президент России внезапно посетить маленькую и довольно враждебную страну. Никакого приглашения Кальюлайд на День Победы тоже пока не поступало (и вряд ли это удивительно — с учетом того, как данная маленькая страна относится к Великой Отечественной).
Эстонские элиты беспокоит сама возможность восстановления невраждебных отношений с Россией.
Тем не менее неуверенная интонация Урмаса Рейнсалу создает впечатление, что Керсти Кальюлайд может нарушить незыблемый уже которое десятилетие порядок вещей.
Разгадка столь странных телодвижений представителей Эстонии видится в попытках скорректировать сложившуюся за последние годы политику республики и сделать ее более соответствующей новым реалиям.
С 2014 года все три прибалтийских государства лежат на алтаре бескомпромиссной борьбы с российским «Мордором» и по сей день в истеричной форме демонстрируют готовность принести себя в жертву ради победы всего прогрессивного человечества.
Беда в том, что события пошли по совершенно неожиданному для них сценарию, в результате чего ныне они выглядят не первой линией обороны консолидированного Запада против неизбежной агрессии Москвы, а глупыми провинциалами, которые никак не поймут, что главные игроки между собой договорились и война закончилась, не начавшись. По пути регион умудрился растерять почти все еще остававшиеся у него «плюшки» от подобного соседства — от транзита до банков-«прачечных».
Однако реальность все-таки начала пробивать себе дорогу среди наиболее трезвомыслящих представителей их элит, которые теперь пытаются решить задачу, как провернуть фарш назад: восстановить отношения с Россией, но при этом не совсем уж отказаться от антироссийского позиционирования и не вызвать гнев США.
Последнее крайне важно.
Новости партнеров
О суверенности прибалтийских государств, в принципе, говорить не приходится. И хотя формально они лояльны ЕС, по существу их сюзерен находится за океаном. Это обусловлено в том числе и военно-политической значимостью данной территории для Вашингтона. Так что совсем неслучайно последние десятилетия Штаты уделяли достаточно большое внимание контролю над Латвией, Литвой и Эстонией, действуя через их элиты. Значительная часть высокопоставленных лиц трех республик имеет в своих биографиях строчки, которые прочно связывают их с Америкой, случалось и прямое десантирование в президентские кресла эмигрантов с далекого материка.
К тому же, несмотря на все изменения, Соединенные Штаты вполне устраивает сохранение в Прибалтике статус-кво. Совсем недавно вышло очередное исследование обслуживающего Пентагон и американские спецслужбы фонда об обороне региона от российской агрессии, где среди прочего дана рекомендация восстановить там обязательную призывную военную службу. А то, что требования и запросы из-за океана влекут для республик все более тяжелые социально-экономические и политические последствия, которые уже не выглядят адекватной ценой за происходящее, так это не проблема Вашингтона. Делайте, что велено.
На этом фоне Керсти Кальюлайд интересна тем, что в ее прошлом нет особых связей со Штатами. Зато в наличии многолетняя работа в самом сердце старой Европы и ее бюрократии — именно там, где в полный рост идут процессы восстановления сотрудничества с Россией, включая новые масштабные проекты.
Легко предположить, что эстонский президент выступает в своей стране проводником именно западноевропейской линии, которая все более отчетливо противостоит американцам. И, судя по всему, мы еще увидим схватку двух бульдогов — европейского и американского — за контроль над Прибалтикой.
