Когда ведущие американские газеты и журналы начинают писать о перспективах американской экономики и действиях центрального банка США (ФРС) в терминах, которые обычно используют российские лоялисты, у читателя невольно возникает недоумение, плавно переходящее в подозрение, что это неспроста.
Судите сами. Грег Ип, ведущий экономический колумнист в главном деловом издании США Wall Street Journal, пишет о политике американских монетарных властей: «Федеральная резервная система теперь считает, что ее денежно-кредитная политика возвращается к норме. Это должно беспокоить вас: если это норма, то у ФРС совсем мало патронов для ситуации, когда экономические условия снова станут ненормальными». Агентство Блумберг пишет: «Различные индикаторы рецесии (американской экономики. — Прим. ред.) посылают тревожные сигналы».
Новости партнеров
«Рынок американских облигаций почувствовал запах рецессии», — вторит ему New York Times.
Ведущие издания остального западного мира тоже не демонстрируют оптимизма. «Это не те параметры (монетарной политики. — Прим. ред.), которые отражали бы сверхзаряженные цели (экономического. — Прим. ред.) роста, которые обещал Трамп. Вместо этого внезапный сдвиг видения и политики Федрезерва должен заставить его беспокоиться о своих перспективах переизбрания, а все мы должны начать беспокоиться о еще более значительном замедлении глобальной экономики», — пишет ведущий экономический колумнист Sydney Morning Herald.
А что произошло? Откуда такой пессимизм и почему на фоне этого тотального пессимизма в мировом инфополе курс рубля к доллару (который известен своим слегка истеричным поведением) растет, а не падает? Тут стоит вспомнить известную поговорку «что русскому хорошо, то немцу — смерть», только в данном случае ее стоит перефразировать на «что американскому Федрезерву проблемы, то рублю — радость».
На прошлой неделе, 20 марта, американский центральный банк принял (неожиданное для многих) решение сохранить процентные ставки по доллару без изменений, а также заявил, что повышение ставок в 2019 году более не планируется. Более того: было заявлено о сокращении темпов и скором прекращении процесса распродажи портфеля, накопленного на балансе Федрезерва после кризиса 2008 года.
А теперь перевод «с экономического на русский»: Федрезерв США пришел к выводу, что американская экономика и корпоративный сектор настолько слабы, что повышение ставок до уровня чуть выше, чем нынешние 2,5 процента, приведет к серьезным экономическим проблемам. Более того, рынок американских облигаций настолько слаб, что он не выдержит распродажи тех 2,1 триллиона долларов облигаций американского Минфина, которые Федрезерв купил в прошлом для стимулирования американской экономики. Американские (и не только американские) экономические журналисты и эксперты сразу все поняли и начали писать о том, что США грозит экономический кризис. Причем у американского центрального банка уже наблюдается «дефицит патронов» в плане возможностей борьбы с ним.
Предстоящую рецессию в США и в глобальной экономике в целом, скорее всего, опять будут «заливать деньгами» (в смысле свеженапечатанными долларами), а это всегда приводит к интересным последствиям.
Важно понять исторический контекст. В 2009 году в прайм-тайме американского ТВ руководитель Федрезерва США Бенджамин Шалом Бернанке объяснял, что «печатание денег» и выкуп Федрезервом американских государственных облигаций, а также «токсичных» ипотечных облигаций — это временная мера. На вопрос о том, «печатает ли Федрезерв доллары», он ответил: «Ну, по сути да. И мы должны это сделать, потому что наша экономика очень слаба, а инфляция очень низкая. Когда экономика начнет восстанавливаться, это будет время, когда нам нужно свернуть эти программы, повысить процентные ставки, сократить денежную массу и убедиться, что у нас есть восстановление, которое не связано с инфляцией».
Новости партнеров
Проблема (и главная причина для пессимизма) американских журналистов сегодня заключается в том, что 20 марта стало окончательно ясно: обещание Бернанке никто выполнять не собирается. Ставку уже не поднимут, денежную массу сжимать не будут, распродавать купленные за «напечатанные деньги» облигации уже не получится. Можно провести сравнение с медициной: если врач вдруг заявляет, что нужно снова принимать медикаменты (дорогие и с серьезными побочными эффектами), это значит, что больной так и не выздоровел, несмотря на все позитивные прогнозы, которые были до этого.
Более того, это изменение позиции означает, что лечение недостаточно эффективно и вряд ли окажется эффективно в будущем. Американский финансовый телеканал CNBC сообщает о реакции и прогнозе лауреата «нобелевки» по экономике Пола Кругмана, вынося в заголовок неутешительный вердикт: «Пол Кругман ожидает глобальной рецессии в этом году (или в 2020-м) и предупреждает: «У нас нет эффективного ответа».
Конечно, глобальная рецессия — это плохо, и в случае реализации прогноза Кругмана и других экономистов, которые не видят в будущем особых причин для оптимизма, российская экономика тоже окажется под давлением.
Но есть важный нюанс. Доллары можно печатать так же, как евро, йены и любые другие «бумажные» активы. Собственно, именно этим и попробуют спасать мировую экономику в очередной раз наши западные партнеры. Однако невозможно «напечатать» нефть, газ, зерно, металлы, алмазы и все остальное, чем торгует с миром российская экономика. А значит, в условиях тотального монетарного стимулирования в США (или вообще по всему Западу) весь российский экспорт будет дорожать.
Единственный серьезный риск в этой ситуации заключается в том, что у Соединенных Штатов есть дурная традиция: решать силовыми методами экономические проблемы. С одной стороны, «война все спишет», а с другой — успешная война действительно может (как дважды произошло в XX веке) превратить в руины страны, способные конкурировать с американской экономической мощью. Если у Федрезерва «кончаются патроны», то у Пентагона самых настоящих боеприпасов вполне достаточно, а у ЦРУ хватит денег для «цветных революций».
Но если в этот раз силовые методы уничтожения конкурентов не сработают, то с мировой гегемонией и экономической мощью Вашингтону придется все-таки попрощаться.
