Доля нефти и газа в российском экспорте по-прежнему растет
По последним данным ФТС (7 марта 2019 г.), доля топливно-энергетической продукции (в основном это нефтегазовое сырье) в стоимости российского экспорта достигла 67,4%. А в стоимости импорта РФ продолжает расти доля машин и оборудования: она достигла почти 45%. Примерно те же тренды – в товарной доле объемов экспорта/импорта той же продукции. Стало быть, усиливается «традиционная» роль постсоветской России как сырьевого придатка Запада?..
Скорее всего, это именно так, поскольку, по тем же данным, главными торговыми партнёрами РФ остаются западноевропейские страны-члены Евросоюза и КНР. Причем до 60% общего объема импорта из ЕС осуществляется (ввиду небезызвестных западных санкций против России) путём реэкспорта через Белоруссию и Казахстан, находящихся, напомним, в едином таможенно-экономическом пространстве с РФ. Странам ЕС нечем заменить географически обширный российский рынок, давно являющийся основным потребителем разнообразной евросоюзовской продукции.
Новости партнеров
Российские же программы по индустриальному импортозамещению в большинстве своём пробуксовывают, поскольку прямая и косвенная господдержка отраслям/предприятиям – и без того недостаточная из-за обесценивания рубля – оказывается с текущего года только тем предприятиям, которые увеличивают экспорт своей продукции.
Но такое условие вовлекает производственные отрасли не в технологическое обновление, а в «гонку» за цифрами экспортных рекордов по сырью и/или полуфабрикатам, чтобы получать хоть какую господдержку. У них нет времени на технологическую перестройку для выпуска и экспорта конкурентоспособной продукции. Точь-в-точь как в своё время было в СССР с «гонками» за целинные, кукурузные, животноводческие рекорды второй половины 50-х – середины 60-х гг. Что закончилось, как известно, системным кризисом во многих советских отраслях.
Тут вполне можно согласиться с президентом Союзлегпрома Андреем Разбродиным: «…Нужны целенаправленные совместные действия государства и бизнеса, сориентированные на производство и экспорт продукции именно высоких технологических переделов. На это, естественно, требуется ещё и время, что подтверждает успешный опыт КНР, Японии, «индустриальных драконов» Восточной Азии, ряда других стран. А «огульная» господдержка тех предприятий, которые что-то экспортируют, рискует законсервировать их технологическую отсталость и низкую конкурентоспособность их продукции, особенно экспортной».
Тем временем усиливается конкуренция и на рынке газа в ЕС, куда РФ издавна поставляет по трубопроводам свыше 60% объема экспорта своего газового сырья.
Так, по данным Еврокомиссии, импорт сжиженного газа (СПГ) из США в регион Евросоюза, осуществляемый с 2017 г., вырос почти вдвое – до 8 млрд кубометров лишь за период с 25 июля 2018 года по 5 марта 2019-го включительно.
Ожидается дальнейший рост этих поставок в страны Евросоюза, как и импорт СПГ из Алжира, Катара, Нигерии, давно занявших в ЕС свою нишу по этой продукции.
И дело тут даже не в геополитических раскладах. Технологическая перестройка энергетики и промышленности в европейском регионе, проведенная в 1980-х – начале 2010-х, привела к росту спроса, прежде всего, на сжиженный газ, а не газовое сырье. И поэтому проблематично рассчитывать на то, что в ЕС быстрыми темпами будет расти спрос именно на российское сырье. Более того: чтобы привлечь импортеров, РФ придется наращивать трубопроводный газоэкспорт по демпинговым ценам.
Новости партнеров
Другими словами, сырьевая роль России в общемировой экономике и торговле может еще более возрасти…
