На фоне прочих, настоящих сенсаций эта немного потерялась, но тем не менее. Арбитраж, созданный при Постоянной палате третейского суда в Гааге, оказывается, еще 2 мая вынес решение по иску ряда украинских компаний против России в связи с ее воссоединением с Крымом. Об этом в минувший четверг было сказано в сообщении на сайте палаты. По данным украинских СМИ, арбитраж удовлетворил требования компаний о компенсации на сумму 159 миллионов долларов США.
Среди легковозбудимой аудитории, не всегда знакомой с тонкостями мировой юриспруденции, повисло тяжкое недоумение.
Новости партнеров
Слова пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова, напомнившего, что на этом суде Россия никак не была представлена, не направляла своего представителя в суд и не считает себя стороной в данном разбирательстве, услышаны были немногими.
Некоторые «лидеры мнений» кинулись проверять, действует ли еще недавнее решение Конституционного суда России о приоритете российских правовых норм и распространяется ли оно на решения арбитража в Гааге.
Некоторые начали рисовать отпоростроительные транспаранты «И до Гааги дойдем».
Кое-кто со вздохом признал: 159 миллионов долларов США — не самая высокая цена за присоединение Крыма. И так далее.
При этом в самих украинских СМИ, сообщивших «об удовлетворении», и примкнувших к ним российских СМИ так называемого либерального крыла воцарился реальный чад кутежа. Самым мягким там было радостное заклинание на тему, что все это еще ерунда, но вот скоро еще и подоспеет украинский же «Нафтогаз» со своими требуемыми миллиардами, и вот тогда русские уже по-настоящему обеднеют.
Самые скромные предлагали ограничиться конфискацией за долги «Газпрома», Ямала, Сабетты, Ханты-Мансийского автономного округа и Тюменской области. Большинству же понравилась идея добавить к этому золотовалютные резервы России, Алмазный фонд и, возможно, Московский Кремль.
Некоторые, правда, осторожничали.
Новости партнеров
Если Россия намерена оставаться в международном правовом пространстве, то она должна серьезно относиться к решениям Гаагского суда, сказал, к примеру, в эфире «Эха Москвы» бывший вице-премьер Олег Сысуев.
…На самом-то деле все очень просто. Достаточно просто посмотреть правоустанавливающие документы самого Международного арбитража Постоянной палаты третейского суда в Гааге. Его решения действительны только с случае согласия с ними обеих противостоящих сторон. Этот суд, безусловно, принимает к рассмотрению как иски по межгосударственным спорам, так и иски частных организаций, имеющие международный характер.
Но. «В отсутствие заблаговременного соглашения об ином ППТС может рассмотреть дело только с согласия всех спорящих сторон».
И то, что «2 мая 2018 года, посовещавшись, состав арбитража вынес единогласное решение (Award on the Merits), касающееся вопросов ответственности и убытков» (см. пресс-релиз на официальном сайте), России никак не касается. Потому что «третейский суд» в случае несогласия одной из сторон принимать в нем участия никакого юридического смысла не имеет. Какие решения принимали арбитры, избранные украинскими истцами, не имеет значения. Эти решения противоположная сторона может оправить в рамочку и повесить на стену, они будут греть ей душу, но больше ни к чему с правовой точки зрения никого не обязывают и, значит, никому особенно не нужны.
Российская сторона научена достаточно горьким опытом: ей уже как-то пришлось однажды дать согласие в слушаниях в Гаагском арбитраже по «делу ЮКОСа». И в этом «абсолютно выигрышном деле» ей присудили выплатить истцам аж 50 миллиардов долларов. И это решение потом с дикими нервами и скандалом российской стороне пришлось «сносить» через Окружной суд Гааги.
Кстати. В этом деле есть еще чисто юридическая подробность. Принадлежность Крыма в Европе не подтверждена. А пока он не будет официально признан частью России, и взыскивать с Российской Федерации неустойки за потерянные активы и упущенную выгоду просто не получается и чисто технически.
Так что свою компенсацию за Крым Киев уже получил — испытав прилив победных чувств и ощущение, что Европа по-прежнему с ним и на его стороне.
А вот денег он не увидит.
