Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш считает, что в настоящее время мир вновь находится в состоянии холодной войны. Об этом он заявил в воскресенье в интервью телеканалу SVT.
«Ясно одно, что холодная война вернулась. Но есть разница между тем, что было раньше и ситуацией сейчас, — считает Гутерриш. — Теперь Соединенные Штаты и Россия не контролируют всех, как это было тогда. Многие страны очень активны в (ближневосточном) регионе: Турция, Иран, Саудовская Аравия и другие. Не существует двух однородных контролируемых блоков».
Новости партнеров
«Во время предыдущей холодной войны существовали функции для диалога, контроля и коммуникации, чтобы гарантировать, что, когда возникнет риск конфронтации, события не будут выходить из-под контроля. Теперь больше нет тех механизмов», — добавил он.
По словам Гутерриша, пока в СБ ООН существуют такие принципиальные разногласия, решить ситуацию вокруг Сирии невозможно. «В Сирии присутствуют несколько разных армий, всевозможные ополченцы, боевики со всего мира, сталкиваются разные интересы, идет холодная война, есть конфликт между суннитами и шиитами, существуют и другие разногласия между различными частями региона, — говорит он. — Очевидно наивно полагать, что ООН может магически решить все эти проблемы, особенно когда Совет Безопасности настолько разрознен».
«У нас есть структурная проблема в СБ: он представляет тот мир, каким он выглядел после Второй мировой войны, СБ уже не представляет мир сегодня. Вето стало инструментом, который используется слишком часто. Существует дискуссия о реформах, чтобы СБ больше соответствовал сегодняшнему миру. Как я уже неоднократно говорил: без реформы Совета Безопасности не будет полной реформы ООН», — полагает генсек.
21-22 апреля в местечке Бакокра в южной провинции Сконе проходила неформальная встреча СБ. Прибывшие на нее по приглашению Швеции члены СБ ООН, согласно программе, обсудили миротворческие операции организации, а также ситуацию в Сирии. «У нас была очень конструктивная дискуссия, и мы приняли некоторые перспективные решения. Мы решили работать вместе, чтобы попытаться выйти из драматического тупика, в котором мы находились по вопросу ответственности за химические атаки в Сирии», — пояснил Гутерриш.
