О дискуссии Игоря Стрелкова и Алексея Навального
Я говорю об этих дебатах сразу же после их завершения, и у меня не было даже десяти минут, чтобы их основательно обдумать. А это очень глубокие дебаты, они требуют серьёзного анализа.
Но первые впечатления таковы.
Новости партнеров
Интерес общества к такой злободневной проблеме как коррупция — грандиозен. И на этих дебатах мы услышали подходы, связанные с исследованием этой темы на том уровне, который отсутствует в государственных институтах и СМИ. Разговоры о борьбе с коррупцией, представленные в парламенте, на официальных телеканалах выглядит убого и неполноценно. В дискуссии Навального и Стрелкова мы услышали мощные соображения по этой проблеме.
Второе. Сами дебаты, диалог двух очень сильных людей – вещь абсолютно неожиданная для российского общества. В официальном политическом поле не происходит подобного рода полемики. На телеканалах идут непрерывные ток-шоу с забалтыванием всевозможных тем. А огромное количество проблем просто остается за пределами эфиров, да и сами транслируемые подходы ущербны. Из телевизионной сетки почти исчезла программа Владимира Соловьёва «Поединок», в ходе которой два оппонента на протяжении значительного промежутка времени высказывают свои суждения и между ними возникает концептуальный спор. Даже на «Эхе Москвы», которое славится своим свободомыслием, таких дискуссий нет. В так называемом «Особом мнении» гость программы, будь он либерал или патриот, сталкивается с мелкотравчатыми ведущими, которые не дискутируют, а просто мешают говорить.
Третье. Конечно, Навальный продемонстрировал себя как абсолютный либерал. Для него вопрос денег, благосостояния, достатка является главным, а может быть и единственным. Он равнодушен к сложным, но постоянно присутствующим в русском сознании, в русской политической мысли категориям, таким как народ, метаистория, русское мессианство, тайна русского государства. Навальный занимается только повтором либеральных постулатов — конкуренция, независимые суды, свободные выборы ит.п. Чего не скажешь о Стрелкове. Конечно, он — государственник-националист или даже государственник-империалист. Стрелков неравнодушен ко всей этой непростой и возвышенной тематике, с которой сталкивается политик, желающий возглавить такую страну как Россия. Ведь желая взять власть в России, нельзя игнорировать такие категории как русская тайна и русская мечта.
И наконец, как мне кажется, самое существенное, что меня раздражало и разочаровало в дискуссии. Были представлены две модели, но не было показано, как их можно реализовать. Ведь самое главное – это технология достижения этих моделей. Если Навальный думает, что он победит на выборах, состязаясь с Путиным – то это смехотворно. Если Стрелков полагает, что его идеал русской государственности будет достигнут через конституционные процедуры – это наивно. Или речь пойдёт о «революции снизу», а не о «революции сверху», о которой мечтал Стрелков. Но революционные процессы, которые очень вероятны, вообще искривят все проекты. Революция идёт в одном направлении, а заканчивается совсем в ином ландшафте. И все модели, о которых говорили участники сегодняшней дискуссии, в результате революционной стихии, могут быть биты, и возникнет какая-то другая, куда более чудовищная модель, чем та, в которой мы живём. Ведь и сама власть тоже зашла в тупик своего развития, уйдя в грубый меркантилизм.
Поэтому у меня возникло ощущение, что я сегодня увидел три тупика: стрелковский, навальновский и кремлёвский.
