Законопроект, требующий от депутатов и чиновников отказаться от счетов в зарубежных банках и иностранных облигаций, позволил высокопоставленным единороссам почувствовать себя в роли Никанора Босого из «Мастера и Маргариты». Но если тому снился незнакомый бас, требующий сдать валюту, то члены «Единой России» слышат голос самого Путина, пишет британская газета The Economist… Изначально предложенный президентом документ требовал от официальных лиц отказаться и от недвижимости за рубежом, но впоследствии формулировки смягчили – теперь достаточно задекларировать имущество…
Законопроект был внесен в Госдуму 12 февраля, а уже на следующий день блогер Алексей Навальный обнаружил у единоросса Владимира Пехтина, председателя думской комиссии по вопросам депутатской этики, незадекларированную роскошную квартиру во Флориде – на 1,3 миллиона долларов США. Поначалу Пехтин отмахивался от обвинений, заявляя, что за рубежом у него «практически ничего нет», но через неделю («не иначе как услышав голос Путина», иронизирует The Economist) сдал депутатский мандат.
При этом единоросс заявил, что не делал ничего предосудительного, а уйти решил, поскольку скандал вредит репутации партии, а ее интересы он ставит выше собственных. Товарищи не подвергли Пехтина ни порицанию, ни показательному процессу в духе тридцатых годов – напротив, ему аплодировали стоя, называя его примером высокой нравственности, отмечает британское издание, добавляя, что экс-депутат еще может рассчитывать на прибыльную и непыльную работу.
«Тем не менее чистки говорят о переменах в российской политике», – пишет газета. Другой единоросс, Анатолий Ломакин (состояние которого оценивают в 1,2 миллиарда долларов), также покинул Госдуму – теперь уже «по состоянию здоровья». Пресса говорит о том, что уйти готовятся и другие депутаты, а гостелеканалы заявляют о возвращении моральных ценностей. Но аналитики трактуют происходящее в чисто прагматичном ключе.
По словам политолога Глеба Павловского, до сих пор номенклатура была застрахована как от критики со стороны оппонентов, так и от вмешательства Кремля в ее деятельность в России и за границей. Сейчас старые правила уже не действуют, а новые пока неясны. Это заставляет элиту нервничать – и для Путина это хорошо.
При этом кремлинологи подчеркивают: чистки – не уступка оппозиции и не «внезапное стремление придерживаться демократического принципа подотчетности». Задача Путина – «получить больше легитимности» в глазах избирателей и усилить контроль над элитой. По мнению президента, Запад может надавить на чиновников, дети и активы которых находятся за рубежом, и использовать их против него. «Поэтому он хочет «отгородить» элиту от западного влияния и получить больше рычагов давления», – полагает The Economist.
«Путин подвесил топор над головой у элиты. Но как осторожный политик он полагает, что угроза репрессий эффективнее самих репрессий», – комментирует главный редактор радиостанции «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов. Действительно, переходить сразу к резким мерам для президента рискованно, соглашается британская газета: «Доступ к западным товарам, услугам и недвижимости – основа его системы. Если ее убрать, это может еще больше настроить элиту против него».
Сейчас проверки и репрессии проводятся в случайном и избирательном порядке – как правило, против оппозиционеров и чиновников незначительного или регионального масштаба. Самым высокопоставленным фигурантом такого дела пока что является Анатолий Сердюков, «уволенный и униженный», но до сих пор не арестованный и ни в чём не обвиненный. «То, предстанет ли он теперь перед судом, покажет, насколько далеко пойдет Путин в своих чистках», – заключает The Economist…
Оригинал статьи: Putin’s purges
http://www.economist.com/
http://inotv.rt.com/
