Президент Медведев выступил на своём последнем Госсовете. Ничего нового не сказал, ещё раз повторил загадочное заклинание про свободу, которая, на его взгляд, лучше несвободы. Вновь постращал собравшихся депутатов и чиновников, что не забудет о борьбе с коррупцией. Так он и «въехал» в Историю. Таким стало его политическое завещание самому себе. Очевидно, что в качестве премьера он станет реализовывать собственное напутствие из семи пунктов с середины мая. В первую очередь – так называемую политическую реформу. Что же останется делать Путину в должности президента, если все ориентиры для самого себя Медведев уже обозначил?
На первый взгляд всё это выглядит абсурдно. Народ уверен, что Путин только и ждёт, как обосноваться в Кремле и взять всю исполнительную власть, словно быка за рога. Но вот беда – по Конституции президент страны не входит в структуру исполнительной власти. Казалось бы, ну и что – будет по-прежнему командовать своим младшим «братом». Но не всё так просто стало в этом мире.
Новости партнеров
Как утверждают в частных беседах политологи, главный руководитель любой страны, если он хочет работать долго и плодотворно, не должен вызывать аллергическую реакцию в самой мощной мировой державе – США. В. Путин, как известно, такую реакцию вызывал совсем недавно. Напомню, что высшие руководители США – в первую очередь госсекретарь г-жа Клинтон, даже публично советовали ему не пытаться баллотироваться в президенты на новый срок. Их вполне устраивал новый либеральный «Горбачёв» со своей командой. При этом многие из старой команды – богатых и влиятельных друзей Путина – оказались у Госдепа США под колпаком. Хотя бы в силу того, что хранят в западных банках несметные сокровища, нажитые непосильным трудом за последние 12 лет. В том числе и через них на Путина оказывалось чудовищное давление. Но оставить власть, похоже, было ещё хуже.
Стороны пошли на компромисс. Медведев должен был остаться премьером, имея «карт-бланш» на проведение политических реформ. Чтобы в России как можно быстрее было построено развитое гражданское общество.
Так, собственно, после сентябрьского объявления о рокировке и происходит. В Госдуму внесены законопроекты о выборности губернаторов, реальной многопартийности, возвращении смешанной системы выборов в Госдуму, заявлено о скором начале работы Общественного телевидения. Затихли, правда, разговоры о принятии новой конституции через Конституционное собрание. Но работа, как говорят, по-тихому продолжается. Известно даже, что его заседания возглавит председатель Конституционного суда В. Зорькин и проходить оно будет в Санкт-Петербурге, в здании Сената.
Подковёрная борьба идёт за то, менять Конституцию лишь в части политического устройства или только главу об основах конституционного строя? Эта глава должна наделить президента функцией главы исполнительной власти. А г-н Медведев после этого довольствовался бы только званием вице-президента, либо госсекретаря. Понятно, что уходящему президенту это невыгодно. Он и без того чувствует себя вполне уверенно – реформатором, так как за его спиной маячат сами знаете кто…
Молчит и Путин по поводу медведевских реформ. Хотя, по его логике, возвращаться к избираемости губернаторов ещё рано. В регионах, как минимум, возникнет двоевластие с представителями президента в федеральных округах. Превратятся в фарс и выборы в Думу, в которых будут участвовать партии из пятисот человек. Может, он пока молчит?
Так молчали красные командиры на заре советской власти, когда за их спиной стоял комиссар по политическим вопросам. Причём наш командир молчит даже тогда, когда «его» комиссар через поправки в Гражданский кодекс как класс ликвидирует Земельный кодекс. Скоро всем, кто имеет земельные участки, придётся их переоформлять вместе со вновь вводимой «медведевскими» терминологией земельных отношений.
Впрочем, молчит об этом не только Путин, но и вся думская братия, включая коммунистов. Стало быть, и для них нашёлся комиссар.
Новости партнеров
Тем временем так называемые прописные политологи наивно продолжают усмехаться вслед уходящему президенту. Они по-прежнему сравнивают В. Путина с римским императором Калигулой. Тот, как известно, повелел считать сенатором своего коня.
Комиссаров при императоре, в то время ещё не назначали.
Андрей Угланов
http://www.argumenti.ru/
