Киев меняет тактику в теме «русских оккупантов»

Народный депутат из фракции Петра Порошенко Мустафа Найем 27 февраля предложил объединить вопросы Крыма и Донбасса в одном законопроекте об оккупированных территориях и точно определить дату начала их «захвата».

«С точки зрения Украины, эти две территории одинаково недоступны для государственных органов Украины. И та, и другая территории являются оккупированными с точки зрения государства Украины», — заявил Найем. По его мнению, Крым был «оккупирован» 20 февраля, а Донбасс — 7 апреля.

По словам Найема, сейчас в Верховной Раде на рассмотрении находится другой законопроект «О временно оккупированной территории», но группа нардепа планирует внести в него собственные поправки, а если принять документ в желаемом виде не удастся, ставить на голосование свой закон.

На первый взгляд, предложенный Найемом законопроект предусматривает некоторое послабление существующего сейчас режима взаимодействия Украины с Крымом и Донбассом. Так, он разрешает определенную торговлю с этими территориями и упрощает процедуру пересечения административной границы.

«Есть товары, которые мы должны туда поставлять — это товары первой необходимости, как вода и электроэнергия, по международному гуманитарному праву мы должны это поставлять», — заявил Найем. Допускается поставка и других товаров, но после согласования с правительством.

Напомним, 25 января группа радикалов начала железнодорожную блокаду непризнанных республик, не пропуская вагоны с углем на территорию Украины, что привело к объявлению чрезвычайного энергетического положения в самой «незалежной». Видимо, законопроект Найема призван законодательно разрешить торговлю с ДНР и ЛНР, если она выгодна Киеву.

Но вполне возможно, что в Киеве спохватились слишком поздно. 27 февраля руководство народных республик выдвинуло ультиматум, согласно которому поставки угля на территорию Украины будут полностью прекращены, а на предприятиях украинской юрисдикции введено внешнее управление, если до 1 марта блокада не будет снята.

Заместитель директора Института стран СНГ Владимир Жарихин считает, что истинный смысл инициативы Мустафы Найема вовсе не в том, чтобы возобновить экономические связи с Крымом и Донбассом. Эксперт не исключает, что этой весной Минские соглашения, как основополагающий документ урегулирования, подвергнутся испытаниям, а попытка закрепить за ДНР и ЛНР статус «оккупированных территорий» может привести к серьезным последствиям.

— То, что в Киев, хотя бы в лице депутата Мустафы Найема, вспомнили о том, что Украина в рамках Минских соглашений имеет экономические обязательства перед Донецком и Луганском — это неплохо. Несколько лет об этом даже не помышляли, более того, сейчас устроили блокаду.

В то же время, сама формулировка «оккупированные территории» по отношению к Луганской и Донецкой народным республикам перечеркивает не только эти положительные моменты, а и сами Минские соглашения. Потому что речь в них идет не об оккупации, а о внутриукраинском конфликте. Принятие подобного закона, по сути, означает отказ Киева от реализации документа, согласованного в Минске.

— Долгое время киевские власти изображали готовность к выполнению Минских соглашений, но при этом ничего не делали для их реализации, кроме первого пункта о прекращении широкомасштабных боевых действий. Судя по всему, теперь в Киеве поняли, что этот бесконечный саботаж договоренностей начинает играть против них. Кредиты через МВФ проходят с огромным трудом, поддержка власти со стороны Запада катастрофически падает.

Поэтому сейчас мы видим целый поток — в большинстве своем фантастических предложений Киева, которые, если отбросить детали, являются отменой или полной ревизией Минских соглашений. Всякие предложения вроде сдачи Крыма в аренду или, как сейчас, официальное закрепление в законе статуса оккупированных территорий для ДНР и ЛНР, значат отказ от всех предыдущих договоренностей, и это настораживает.

С другой стороны, это говорит и о том, что в Киеве, наконец, осознали, что бесконечное затягивание времени и саботаж без выдвижения каких-либо альтернатив, подрывает позиции украинских властей. То, что мы видим сейчас — это не серьезные, осмысленные предложения, а зондаж ситуации. А вдруг на Западе поддержат или хотя бы как-то отреагируют на одну из инициатив? Особенно эта «разведка боем» направлена на администрацию Трампа. Не случайно депутат от Радикальной партии Артеменко направил свои инициативы не кому-нибудь, а лично Трампу.

— Определенные изменения Минских соглашений уже происходили. Например, все поддержали вариант Франка-Вальтера Штайнмайера, который изменял последовательность действий в рамках дорожной карты. Так что модификации уже были, но без полного отказа от Минских соглашений.

Но я еще раз подчеркну, что официальное обозначение ДНР и ЛНР «оккупированными территориями» перечеркивает весь смысл договоренностей, над которыми так долго работали. В них предусматривается внутриукраинское примирение сторон на определенных условиях. Если же будет закреплено, что это «оккупированные Россией» территории, о каком внутреннем примирении может идти речь? Не думаю, что на Западе готовы к таким радикальным шагам.

— Хочется надеяться, что после этих фантастических предложений из Киева начнут поступать более реальные и разумные инициативы. Потому что эти неприемлемые, но все же выдвигаемые украинской стороной в качестве зондажа варианты, показывают — они понимают, что оказались в тупике. И этот тупик явно идет не на пользу украинской власти.

— В случае с Крымом это предложение уже слишком запоздало, этот поезд ушел. Крым сам скоро сможет поставлять электроэнергию Украине, проблема с водой тоже решена. В любом случае, как я уже сказал, эти вроде бы позитивные шаги навстречу увязываются с совершенно неприемлемой формулировкой об оккупированных территориях.

Анна Седова