США реализовали свою угрозу и прекратили контакты с Россией по Сирии. Чуть ранее Россия разорвала соглашение с США об утилизации плутония, поставив американцам условия, близкие к заведомо невыполнимым. На таком фоне вновь зазвучали разговоры о возможности глобальной ядерной войны, вероятность которой и так обсуждают все чаще. Неужели риск настолько велик?
Тема большой войны возникает и в публикациях СМИ, и в комментариях официальных лиц, и в разговорах рядовых граждан все чаще. Причем под «большой войной» подразумевается не просто глобальный конфликт, а глобальный конфликт с использованием ядерного оружия.
В риторике США и России в последние месяцы оно регулярно упоминается. Это вылилось в недавнее жесткое заявление российского МИДа, что стратегия США предполагает балансирование на грани ядерной войны. Это и про размещение противоракет в Румынии вопреки РСМД, и про развитие ядерной триады. При этом события из реальной жизни не оставляют сомнений, что Москва воспринимает происходящее с полной серьезностью.
Громом среди ясного неба 29 сентября прозвучало заявление московского МЧС, что в результате внедрения новых подходов ведения гражданской обороны в Москве проведена инвентаризация помещений подземного пространства города, что позволяет спланировать укрытие 100% населения города.
Внезапно в совершенно новом свете предстали недавние московские события со сносом незаконных построек около станций метро. Несколько месяцев шли многочисленные жаркие споры об архитектурном облике и стиле города, о философской взаимосвязи внешнего вида столицы и политического режима в стране, о законе и беззаконии в России. И тут неожиданно возникло осознание: а может быть, дело просто в том, что московское метро – самое большое в мире бомбоубежище, и власти страны озаботились приведением его в соответствие требованиям гражданской обороны, в частности чтобы доступ к нему не был ничем затруднен?
3 октября принесло очередную волну новостей на данную тему. Во-первых, МЧС проведет Всероссийскую тренировку по гражданской обороне, которая охватит более 40 миллионов человек.
Во-вторых, Россия в крайне суровой форме приостановила соглашение с США по оружейному плутонию. Условия его возобновления настолько жесткие, что речь, по сути, идет о ликвидации договора.
Когда сообщение об этом поступило, в США была глубокая ночь. К полудню по вашингтонскому времени последовал «асимметричный ответ»: Госдеп осуществил свою угрозу и объявил о выходе из двусторонних каналов общения с Россией по Сирии.
Все эти события заставляют людей нервничать и задаваться вопросом: неужели дело действительно идет к глобальному ядерному апокалипсису? А он неизбежен в случае прямого военного столкновения России и США (НАТО).
Видится, что вариант глобальной ядерной войны не исключен, но руководство страны делает все возможное, чтобы его не допустить.
Прямо сейчас мир находится в процессе полномасштабной трансформации и перестройки всей глобальной системы – и политической, и экономической. Процессы стали настолько явными, что их можно наблюдать невооруженным взглядом. Самые большие потери в ходе этой трансформации придется понести Соединенным Штатам, просто потому, что именно они были главным бенефициаром уходящей в небытие системы.
Вот тут возникает самый главный вопрос: на что готовы пойти США, чтобы предотвратить или уменьшить свои потери?
Этот вопрос тем более актуален, поскольку Штаты по-прежнему самая могущественная и влиятельная страна мира с колоссальными ресурсами в своем распоряжении. Да еще и с обостренным чувством собственного мессианства и сверхдержавности. В такой ситуации вероятность, что мировой гегемон в виде своего истеблишмента рискнет пойти на самые радикальные шаги из серии «Так не доставайся же ты никому», возрастают. К тому же есть еще одно важное обстоятельство в виде отсутствия страха перед ядерным оружием.
Важнейшей особенностью холодной войны было то, что противостоящими друг другу сверхдержавами руководили люди, которые на своей шкуре пережили мировую войну (а иногда и обе). До конца своих дней они несли в себе страх повторения мировой бойни, и это было важнейшим фактором, который позволял им договариваться друг с другом. Даже в такой опасный момент, как Карибский кризис.
Для нынешнего поколения правителей войны сродни компьютерным игрушкам, где в разных точках планеты умирают по твоему приказу десятки тысяч безымянных безликих юнитов, а самому можно сохраниться и перезагрузиться. При этом сами они никогда не знали голода, холода, отсутствия медицинской помощи, не видели в реальности, как выглядят разрушенные бомбардировками города, как смердят горы человеческих трупов.
Такая «неопытность» государственных деятелей в нынешний трансформационный период делает риск применения ядерного оружия еще выше. Все, что остается делать в этой ситуации, – готовиться к такому варианту развития событий и одновременно работать над его недопущением.
Кремль выбрал стратегию действий, которая совмещает оба фактора.
В интерактивно-компьютерном мире Россия демонстративно и открыто на весь мир готовится к худшему. Готовится в реальности. Беспрерывные и масштабно освещаемые военные учения стали уже привычными, но даже тут особняком стоят учения РВСН. Теперь очередь дошла до гражданского населения – готовятся убежища, проводятся тренировки. Вся это подчеркнуто публичная – на весь мир публичная – активность шлет «заокеанским партнерам» два сообщения.
Первое: мы-то готовы, а вы? Второе: если рискнете, не надейтесь уцелеть – заберем вас с собой.
Хочется верить, что этого окажется достаточно для трезвых суждений и сдержанности американских элит при принятии судьбоносных решений.
Ирина Алкснис
