Об интриге будущего саммита «Большой двадцатки»
Президент Украины Петр Порошенко после событий в Крыму судорожно ищет повод показаться на саммите G20 в китайском городе Ханчжоу, который должен пройти 4−5 сентября. Причем настолько, что поручил своему МИДу прояснить в китайском внешнеполитическом ведомстве вопрос, как можно попасть неприглашенному лидеру хотя бы в кулуары заседаний. Несложно догадаться, что беспокоит Петра Алексеевича. Конечно же, не судьба Украины, а будущее его собственной фабрики в Липецке.
И это не удивительно. Он чувствует, что западные «покровители» Киева «ведут себя не так». С одной стороны, Уолл-стрит и Сити то и дело ищут способы, как устранить главного конкурента — Россию. А с другой, хотели бы сохранить огромный российской потребительский рынок — для своей финансовый экспансии.
То, что противоречит логике (разрушать и сохранять) — абсолютно естественно сочетается в головах у западных финансистов.
В результате выразитель их воли британский премьер-министр Тереза Мэй может две-три недели тому назад называть Россию «главной угрозой» (наряду с Северной Кореей) миру, обещать Москве превентивный ядерный удар, а вчера — звонит президенту Владимиру Путину, чтобы договорится о встрече на полях саммита G20.
Увы, мир циничен и эту циничность сегодня даже не пытаются скрывать. И в данном случае Мэй лишь копирует то, что делала еще одна выпускница Оксфорда — Маргарет Тэтчер. Та тоже поддерживала президента СССР и говорила о «дружбе» с ним, одновременно разрушая страну, которой он руководил.
Все это Порошенко видит. И прекрасно понимает, что ради своих финансовых интересов Запад готов пойти на все. Если надо, то и разменять, бросить на произвол судьбы любого своего «союзника».
Показательно, что пока Уолл-стрит говорит Киеву о своей поддержке, Сити ищет способы проникнуть на российский рынок. В качестве одного из инструментов для этого Лондон решил использовать Европейскую ассоциацию свободной торговли (ЕАСТ). Эта организация была создана по инициативе Великобритании в 1960 году в противовес Европейскому экономическому сообществу. А после вступления Лондона в ЕЭС и соответственно выхода из Ассоциации, ЕАСТ все это время оставалась запасной площадкой Британии (наравне с Содружеством Наций).
После Brexit эта организация, в которой сегодня осталось только четыре государства (Швейцария, Норвегия, Исландия, Лихтенштейн), вновь понадобилась.
С одной стороны, Европейская ассоциация свободной торговли это возможность доступа на рынок единой Европы, в случае ухудшения отношений с ЕС. С Евросоюзом у Ассоциации подписано соглашение о свободной торговле. С другой, примечательно, что Европейская ассоциация свободной торговли в последнее время активизировала переговорный процесс с Евразийским экономическим союзом по заключению соглашения о свободной торговле. Главным лоббистом подписания этого документа стал президент Швейцарской конфедерации Иоганн Шнайдер-Амманн. И этот же человек одновременно лоббирует возврат Лондона в состав Ассоциации.
Но самое интересное, что британские финансовые группы уже подготовили несколько сценариев расширения своего присутствия как на российском, так и на европейском рынке. Один из них, предполагает использование китайских заемных средств, чтобы реинвестировать их в экономики России и ЕС. Проще говоря, брать деньги у китайцев под небольшой процент и предоставлять их российским и европейским компаниям под более высокий, получая сверхприбыли на ростовщичестве. В этом суть договоренностей, достигнутой прошлой осенью во время визита лидера КНР Си Цзиньпиня в Туманный Альбион. С этой целью Лондонская и Шанхайская биржи уже приступили к созданию совместных биржевых структур.
А чтобы ЕС и Россия были заинтересованы брать у Лондона займы (взятые в свою очередь у китайцев), британцы стараются максимально ослабить их экономики.
Не случайно, словно по команде, на фоне британского референдума о членстве в ЕС целый ряд бывших участников Европейской ассоциации свободной торговли начали осуществлять шаги с целью дезинтеграции Евросоюза.
Дания. В декабре 2015 года провела референдум, на котором большинство проголосовало против дальнейшей евроинтеграции. А после британского волеизъявления вторая по значению политическая сила страны — Народная партия Дании (DF) — открыто выступила за выход из Евросоюза. Причем эта политическая сила обладает так называемой «золотой акцией» в парламенте, т.е. без ее голосов нынешнее правительство не сможет провести ни одно решение.
Швеция. Вдруг едва ли не все ведущие СМИ начали обсуждать опрос телеканала SVT, согласно которому 61% граждан не считают, что Стокгольм должен оставаться членом Евросоюза. Это на 20% больше, чем полгода тому назад. А министр иностранных дел Маргот Валльстрьом признала, что Стокгольм тоже может последовать за Лондоном.
Австрия. Конституционный суд неожиданно отменил прошедшие несколько недель назад выборы, на которых победил сторонник сохранения членства в ЕС. Теперь с огромной долей вероятности предсказывают победу евроскептика — представителя Австрийской партии свободы. Он уже пообещал референдум о выходе из ЕС.
Португалия. На первое место в рейтингах вышло политическое движение левых евроскептиков. В случае досрочных выборов вместе со своими союзниками по левому лагерю оно может составить парламентское большинство.
С Россией ситуация у британских финансовых групп сложнее. Конечно, с одной стороны, они питают надежду, что политика санкций последних двух с половиной лет значительно ослабила российскую экономику. И одна из целей встречи Мэй с Путиным состоит в том, чтобы «прощупать», насколько президент России готов к уступкам.
Но с другой стороны, Лондон поджимает время. Да и китайцы давят со своей стороны, то и дело указывая на невыполнение британцами взятых ранее обещаний.
В этой ситуации Туманному Альбиону, как и всему Западу, уже не до Украины. В их глазах она превратилась в отработанный материал.
И чувствуя это, Порошенко все больше и больше мечется. Хоть тушкой, хоть чучелом — лишь бы проникнуть на любой представительный саммит и стоя в кулуарах напомнить о себе.
Юрий Городненко
