20 ноября Совет Безопасности ООН принял резолюцию 2249 о борьбе с терроризмом, точнее – по ситуации, сложившейся в связи с террором «Исламского государства» в Сирии и Ираке. Впрочем, политически правильнее называть эту организацию Даеш, так как использование термина «Исламское государство» (ИГ) является умышленной дискредитацией ислама как религии мира и терпимости. Единственной проблемой использования термина Даеш вместо названия «Исламское государство» является решение Верховного суда России от 29 декабря 2014 года, в котором ИГ признаётся террористической организацией и её деятельность на территории России запрещается. В решении Суда перечисляются другие названия ИГ, но все они в той или иной форме содержат слово «ислам», а название «Даеш» в него не попало. Впрочем, впервые термин «Даеш» был включён в иные названия ИГ в только что принятой резолюции СБ ООН 2249, таким образом, решение Верховного суда РФ можно толковать в системе с этой резолюцией.
Данный пункт повестки дня был чрезвычайным, в план работы СБ на ноябрь включён не был и потому проект готовился в необычной обстановке. Как правило, каждый запланированный пункт повестки дня имеет своего ответственного члена Совета, готовящего проект резолюции, но внеочередные пункты повестки дня часто предполагают активное участие со стороны разных членов Совбеза. При подготовке заседания Совбеза произошло столкновение двух проектов — французского и российского. Впрочем, говорить о том, что вопрос о терроризме является для СБ внезапным, конечно, не приходится. Вот уже много лет этот вопрос находится в постоянной повестке дня Совета, проходит рутинное обсуждение, завершающееся то выражением соболезнований отдельным государствам, то принятием отдельных резолюций, но вопрос так и не получил окончательного решения. Так, например, ещё в октябре 2004 года СБ ООН принял решение о создании специального компенсационного фонда помощи жертвам терроризма. Однако через год данное решение было признано поспешным. В том числе по причине… отсутствия определения терроризма в международном праве! Данное решение Совбеза наглядно демонстрирует половинчатый характер действий Совета Безопасности.
Новости партнеров
Резолюция 2249, принятая 20 ноября, носит тот же характер. Обновлённый российский проект, который был представлен в Совет ещё 30 сентября, поддержан не был. Более того, постоянный представитель России в СБ ООН В.И.Чуркин сообщил, что ряд государств попытались даже заблокировать работу над российским проектом. В отличие от «ряда государств», Франция учла некоторые российские поправки. В создавшейся ситуации Россия поддержала французский проект.
Что же предусматривает новая резолюция СБ ООН 2249?
Прежде всего, следует отметить, что, согласно резолюции, Даеш представляет собой «глобальную и беспрецедентную угрозу международному миру и безопасности». Это намного более жесткая квалификация, нежели простое включение Даеш и «Фронт ан-Нусра» в список террористических организаций, что было сделано в резолюции СБ ООН в мае 2015 года.
Кроме того, СБ призвал все государства принять «все необходимые меры» по борьбе с террором Даеш и рядом других организаций. Эта формула вызывает серьёзные вопросы.
Во-первых, несмотря на квалификацию деятельности Даеш как «угрозу международному миру», резолюция 2249 не упоминает главу VII Устава ООН в качестве основы принимаемых им действий. Это весьма странно, так как единственным смыслом квалификации той или иной ситуации в качестве «угрозы миру» является применение силы, то есть мер, предусмотренных главой VII Устава ООН. На этом странности резолюции не прекращаются. Внимательное прочтение текста показывает, что СБ как таковой не принял никаких мер в отношении террора Даеш. Он всего лишь «призвал» другие государства (добавлено: «имеющие такие возможности») принимать те или иные меры. Сам СБ ООН ничего не предписывает и даже не одобряет. Во-вторых, призыв к принятию «всех необходимых мер» обусловлен целой группой ограничений. Среди них: нормы международного права, включая Устав ООН, нормы международного права, регулирующего права человека, международного права, регулирующего права беженцев, и международного гуманитарного права. Возможно, это самый главный пункт резолюции 2249, и как раз он-то оставляет ощущение двусмысленности… По крайней мере, странности текста французского проекта дают основания полагать, что если бы главной целью было действительно уничтожение Даеш, то формулировки были бы совершенно иными.
И здесь надо сказать о противостоянии двух проектов резолюций, а точнее двух концептуальных подходов — Франции (западного блока в целом) и России. Дело в том, что Россия постоянно подчёркивает необходимость соблюдения государственного суверенитета Сирии. Отсутствие в тексте резолюции прямого указания на согласие сирийских властей при принятии другими государствами «всех необходимых мер» (положение, содержавшееся в российском проекте) является ещё одной важнейшей проблемой данной резолюции. Данное положение российского проекта вызвало весьма ожесточённую реакцию со стороны западного блока. Так, постоянный представитель Британии в Совбезе заявил: «Россия должна решить сама, будет ли она возвращаться к своей резолюции. Если она намерена так действовать, то для преодоления возникших разногласий в проект следует внести изменения, касающиеся роли Асада в Сирии». Однако позиция России основана на международном праве, а не на ублажении британских пожеланий. Российская Федерация намерена бороться с терроризмом всерьёз и по всем фронтам. Именно поэтому Россия заявила, что она будет продолжать продвигать свой проект в СБ ООН.
Александр Мезяев
