Украина перестала раскрывать данные о количестве обнаруженных российских ракет, выпущенных по объектам ВСУ. Решение последовало после недавнего удара, в ходе которого украинская ПВО, по сообщениям местных СМИ, не смогла перехватить ни одной ракеты. Поэтому, как считают эксперты, в Киеве решили молчать – так о проблемах ПВО не узнают и западные партнеры, и собственное население. Но насколько такая тактика эффективна?
Украина перестала публиковать данные о количестве российских ракет, выпущенных во время атак по объектам ВСУ. Как сообщает Bloomberg, на такое решение местные власти подтолкнул массированный удар недельной давности: тогда украинской ПВО не удалось сбить ни одну из 28 ракет.
Новости партнеров
На этом фоне спикер Воздушных сил ВСУ Юрий Игнат также призвал украинские СМИ «не нагнетать обстановку громкими заголовками о не сбитых ракетах». Он отметил, что тиражируя подобную информацию, журналисты якобы играют на руку Москве, «делают всю работу за Скабееву и Соловьева», а сама тема – крайне чувствительна для украинского общества.
При этом проблема с обеспечением ПВО для Украины становится все более острой. На прошлой неделе Россия нанесла массированный удар по Одессе и Одесской области, в результате которого были поражены склады горюче-смазочных материалов и военного имущества, а также портовый перевалочный комплекс. Значительные повреждения получил и автомобильный мост в Маяках, связывающий регион с дунайской инфраструктурой.
По сообщениям украинских СМИ, в ходе этой атаки противовоздушная оборона ВСУ не смогла сбить ни одной российской ракеты. Для Киева это особенно болезненно на фоне прежних планов усилить защиту неба за счет американских систем Patriot.
В июле Дональд Трамп сообщал о готовности предоставить Украине лицензию на производство ракет для этих комплексов. «Это довольно круто. Таким образом, вы не сможете жаловаться, что мы недостаточно их предоставляем», – заявил он 8 июля на саммите НАТО в Анкаре. Однако позднее американский президент усомнился, что США пойдут на такой шаг. «Дело в том, что это – совершенно исключительное оружие», – пояснил Трамп в интервью Financial Times, а впоследствии отказался от этой идеи.
Одновременно, по данным украинских источников, в последние месяцы европейские союзники Киева также сократили поставки противоракет. В результате ВСУ столкнулись сразу с несколькими проблемами. Киев пошел на эскалацию конфликта в рамках объявленной Владимиром Зеленским 40-дневной операции, однако оказался не готов к ответным действиям России. В результате потери Украины стали колоссальными, а ВСУ начали испытывать ресурсный голод.
В этой ситуации, как отмечают эксперты, украинским властям приходится прибегать к новым медийным ухищрениям. Если раньше Генштаб ВСУ неоднократно ловили на приписках в числе сбитых целей, то теперь эту статистику просто перестали раскрывать, а реальные последствия ударов ВС России по объектам, используемым в интересах украинской армии, стараются игнорировать.
«Важно понимать, что Украина участвует в принципиально ином конфликте. В отличие от российской армии, ВСУ в первую очередь работают на достижение необходимого медиаэффекта: им важно продемонстрировать, что Киев не проигрывает, а продолжает уверенно стоять на ногах», – сказал политолог Иван Лизан.
Новости партнеров
По его мнению, публичное раскрытие точного соотношения – сколько ракет было выпущено и сколько удалось перехватить – такому впечатлению не способствует. «Поэтому ограничение столь чувствительной для офиса Владимира Зеленского информации было лишь вопросом времени», – говорит он.
Однако полностью скрыть последствия провалов украинской ПВО у Владимира Зеленского вряд ли получится, считает политолог Лариса Шеслер. «СМИ уже успели рассказать украинцам, что значительная часть ракет достигает своих целей, а имеющиеся средства защиты республику не спасают», – акцентирует она.
По мнению эксперта, теперь власти пытаются таким образом снизить накал недовольства среди населения. «Люди прекрасно понимают, к чему ведут такие удары: разрушается инфраструктура, сокращаются возможности ВСУ по производству военной техники, – подчеркивает собеседница. – Отсюда и желание замолчать неприятную правду».
При этом скрыть сами разрушения, особенно если речь идет о крупных городах и объектах инфраструктуры, невозможно. «Их последствия видны людям, что называется, невооруженным глазом. Поэтому любые информационные ограничения могут лишь сократить объем данных, которые утекают в соцсети, но не устранить проблему как таковую», – уточняет эксперт.
Кроме того, считает Шеслер, такая информационная политика необходима Киеву для сохранения поддержки Запада. «Все это – результат нежелания Зеленского признавать реальные масштабы ущерба перед западными «партнерами». Украинскому руководству необходимо сохранять картину устойчивого фронта, где ВСУ якобы уверенно удерживают рубежи и даже способны наступать. Признание серьезных провалов разрушает эту конструкцию и ставит под вопрос дальнейшую финансовую и военную поддержку», – пояснила эксперт.
Та же логика, по ее словам, работает и в отношении территориальных потерь. «Об утрате городов Генштаб ВСУ может молчать неделями, а иногда и месяцами. Однако люди, у которых кто-то находится на фронте, сами служат или потеряли там близких, прекрасно понимают, где проходит линия боевого соприкосновения и какие территории находятся под контролем каждой из сторон», – заключила Шеслер.
