Снова хотел бы вернуться к теме, почему «взятие Донбасса не станет концом войны». Тема сверхактуальная. И хотя писал о ней меньше месяца назад – 6 июля, считаю необходимым еще раз обсудить ситуацию, поскольку за прошедшее время появились некоторые новые вводные.
Мы все видим, что проблема есть, за прошедшие дни она никуда не делась, и надо готовиться не только к разным вариантам решения этой проблемы, но и к тому, что и как говорить людям. В этом плане прогностика, мышление наперед, обсуждение тех или иных вариантов развития событий, имеет непреходяще важное значение.
Новости партнеров
***
Сейчас многие ломают голову над тем, как может выглядеть выход из СВО в состоянии «недовоеванной войны». Когда не все цели будут достигнуты. Скажем, Донбасс освобожден, а демилитаризации и денацификации киевской хунты не произойдет. Напомню, что этот вариант развития событий, известный более как «вариант заморозки по корейскому образцу» многократно рассматривался как мной, так и другими экспертами в 2022-3024 годах. Давайте рассмотрим и проанализируем этот, один из самых негативных вариантов, с учетом новых вводных еще раз.
Это будет ситуация, когда у сторон еще не наступила фаза полного истощения, сохранились ресурсы, но цели боевых действий не будут достигнуты. Главный парадокс: НАТО не несет прямого ущерба, а Россия несет его в одностороннем порядке. Как в таких условиях остановиться? И главное – какой смысл Западу прекращать удары по нашим тылам, если он в шоколаде?
Мы можем выйти на границы Донбасса и предложить перемирие, но откуда у нас уверенность, что Запад согласится, если он считает, что «ему прет карта», и территорией Украины, как и сами украинцами, можно жертвовать до последнего прола, бросая их как дрова в топку войны? Это же те же русские, поэтому пусть их лучше не будет.
Может, наоборот, Запад, видя наше желание договориться, подумает, что это мы от слабости просим перемирия, и, наоборот, нарастит давление и публично откажется от перемирия на наших условиях, пойдя на следующую ступень эскалации? Скажем, на ввод войск НАТО на территорию западных областей Украины. Мы же не будем бить ядеркой по Европе в ответ на такой невинный шаг? Или будем?
Да что там ядеркой – просто будем бить по войскам НАТО на территории Украины конвенциональным оружием, или если нет «угрозы нашему существованию», не будем и оставим этот шаг без последствий? А они по нам будут бить конвенциональным оружием только с территории Украины или по всей линии территории соприкосновения?
Вот в чем вопросы. Их много. И как всем видно, эти вопросы чрезвычайно серьезны, чтобы к ним относиться спустя рукава.
Новости партнеров
***
Точных прогнозов мы строить, конечно, не можем, так как не обладаем разведданными СВР, ГРУ и МИД. Однако мы можем попытаться реконструировать логику Кремля и на ее основе построить гипотезу. Материалом служат открытые источники и официальные заявления.
Так, в частности, весьма знаковое заявление в рассматриваемом контексте сделал 25 июля Д.Песков. Он заявил, что как только будут достигнуты цели России, огонь прекратится в тот же час, и в Киеве знают, что делать. Может ли Запад расценить это заявление как сигнал Кремля о том, что он готов сделать ставку на принуждение к перемирию? Вполне. Как один из вариантов.
В этой связи возникает вопрос – таким образом Кремль дает Западу понять, что речь идет только о Донбассе? Что, едва мы выходим на его административные границы, то готовы «воткнуть штыки в землю»? Так понимать это заявление или как? Если это сигнал Западу о готовности закончить конфликт, то он посылается в расчете на то, что в Вашингтоне и Брюсселе его услышат именно так: не как пропагандистскую риторику, а как обозначение реального предела наших задач в рамках данного этапа. По сути, Кремль пытается нащупать ту самую «полку», на которой можно зафиксировать результат, не сваливаясь в бесконечную эскалацию.
Если это сигнал, то его смысл Запад может расшифровать так: мы не ставим сейчас целью полный контроль над всей Украиной, мы обозначаем конкретный территориальный минимум – Донбасс в его административных границах. Достигнув его, мы готовы к прекращению огня и переходу к политическому торгу. Дальше – не наша война, дальше – предмет переговоров, где мы будем требовать уступок по нейтральному статусу остальной Украины, по демилитаризации, денацификации и по не размещению на территории Украины войск НАТО.
И да, если мы таким образом формулируем задачу, то она становится серьезной дилеммой для Запада. Почему?
Сигнал Пескова – это предложение: давайте зафиксируем реальность, пока взаимное истощение не толкнуло нас к более опасной черте. В Кремле рассчитывают, что на Западе есть те, кто предпочтет синицу в руках – остановку войны с сохранением большей части Украины под контролем Киева и с удержанием нами лишь Донбасса и сухопутного коридора в Крым, – чем журавля в небе в виде полного военного разгрома России, который не просматривается даже в перспективе, зато чреват ядерной эскалацией.
Так что если это сигнал, то он двойной: и о готовности закончить горячую фазу, и о том, что цена за отказ от этого предложения для Запада будет расти – либо продолжением нашего движения в Запорожье и на правом берегу Днепра, либо дальнейшей дестабилизацией ситуации в глобальном масштабе, вплоть до прямого столкновения, включая переход к неконвенциональной фазе, которой на Западе боятся. Это игра на рационализм оппонента: показать ему, что лучший момент для остановки – сейчас, пока мы еще не взяли больше и пока у него самого есть силы для торга, а не для капитуляции.
Новости партнеров
Да, в случае прекращения огня, линия боевого соприкосновения замрет на несколько лет. Но параллельно начнется бешеная гонка вооружений под новую архитектуру безопасности. Потому что итоги войны никого не удовлетворят – ни нас, ни Запад. И тут есть очень важная развилка: войдут части НАТО по факту на Украину или не будут этого делать. Войдут – это будет означать, что Запад нас снова кинул и отверг миротворческий сигнал Кремля. И как начинать новую СВО? Мы снова будем считать геополитические убытки в неприемлемой для России ситуации ввода войск НАТО на территорию Украины? – Ведь это была тоже одна из причин начала СВО – чтобы такого ввода не произошло.
Поэтому главный вопрос сигнала и возникающей затем в любом случае развилки состоит в следующем – насколько велика вероятность того, что на словах Запад скажет, что он принимает условия Москвы, мы даже что-то помпезно подпишем, а на деле, скажем, через три-шесть месяцев, под предлогом какой-либо информационной провокации, нас снова обвинят во всех смертных грехах и под этим предлогом введут войска? Т.е. снова демонстративно обманут. Вот в чем вопрос.
Автор — политолог, публицист, философ, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информационного агентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
