Львиную долю ответственности за своё нынешнее бедственное положение (а можно ли иначе назвать положение вчерашнего гегемона и глобальной сверхдержавы, оказавшейся не в состоянии выпросить мир у ею же атакованного Ирана?) США несут сами. Стратегия, предполагавшая ставку на силовое давление, разрабатывалась и десятилетиями применялась Вашингтоном. Союзников, многократно преданных американцами и многократно предавших американцев, США также выбирали себе сами. И всё же пусть небольшую, но крайне важную лепту, без которой состояние США было бы не столь плачевным, Вашингтон имел бы пространство для манёвра и его авторитет как глобальной силы во многом бы сохранился, внесли союзники.
Если бы это были вынужденные вассалы США (Франция, Германия, Япония или вечно ненадёжные восточноевропейцы) это было бы не так обидно. Но «удар милосердия» Америке нанесли ближайшие, роднейшие, почти родственные государства: Великобритания, последнюю сотню лет работавшая наместником (или если угодно надсмотрщиком) США в Европе, и Израиль, с момента своего образования выполнявший ту же функцию на Ближнем Востоке. Именно их инициативы привели к исчезновению тонкой грани, отделяющей обычную американскую внешнеполитическую проблему — не более чем неприятность — от глобальной катастрофы.
Новости партнеров
Первой была Великобритания. Это её премьер Борис Джонсон посоветовал Зеленскому повоевать, в то время как Киев мог заключить с Россией вполне приемлемое для себя и для Запада Стамбульское соглашение, предполагавшее, что стороны заключают перемирие, оставаясь примерно при своих и готовясь к новому столкновению в неопределённом будущем. Стамбул в России до сих пор подвергается резкой критике многочисленной общественности, поскольку воспринимается не как вынужденная пауза, а как отказ от активной политики на украинском направлении в обмен на территории Крыма с Севастополем и ДНР/ЛНР. В условиях же начала СВО, на волне многократно завышенных ожиданий подобное соглашение даже российской общественностью трактовалось бы как успех Запада, а значит, США.
Причём американцы были готовы воспользоваться этой возможностью. Они, как Россия, огромная континентальная империя, которые никуда не торопятся, а их господство в своих провинциях почти не зависит от международного авторитета, который играл ключевую роль в обеспечении заморского колониального владычества европейских метрополий. Россия и США — глобальные державы волей географии. Они гораздо меньше европейцев зависят от случая, а потому редко куда-то спешат.
Но у британцев своя история и свой взгляд на вещи. Великобритания соглашалась на переговоры о перемирии только перед лицом неизбежного поражения, во всех остальных случаях, даже если ситуация ей не благоприятствовала, она продолжала воевать. Проблема заключалась в ограниченности ресурсов метрополии и уязвимости ее коммуникаций с колониями. Британцы знали, что в мире их никто не любит и, почувствовав слабину, многие с радостью поучаствуют в добивании. Лондон всегда мучился кошмаром объединения Европы в антибританскую коалицию. Только высокий авторитет, обеспеченный историей побед, выдавленных силой воли при самых отвратительных обстоятельствах, обеспечивал Британии относительное спокойствие: флот, при всей своей громадности, не смог бы даже морские коммуникации обеспечить, а уж о контроле над континентом глубже десяти километров от полосы прибоя можно было бы и вовсе забыть. Поэтому Британия воевала, угрожала, подкупала, маневрировала, но не отступала, кроме тех редких случаев, когда катастрофа уже не стучалась, а входила в открытую дверь. Только тогда Лондон шёл на компромиссное перемирие и то торговался до последнего.
Экстраполировав собственные привычки и опыт на ситуацию 2022 года, англичане решили, что Россия проиграла (раз пошла на переговоры) и остаётся только её добить. Джонсон примчался в Киев агитировать за войну не от своего имени, а от имени всего британского истеблишмента. Это была позиция не консерваторов, не либералов, не лейбористов, это была консолидированная позиция Великобритании — консенсус британских элит, решивших, что Россия у них в руках и главное — её не выпустить.
Подчеркну, США не сопротивлялись британской инициативе. Они были уверены, что совокупная мощь Запада слишком велика, чтобы Россия смогла победить, поэтому исходили из того, что если Джонсон прав, то победа будет одержана почти сразу, а если не прав, то попозже. Но в победе они не сомневались. И всё же именно британская инициатива сорвала имплементацию Стамбульских договорённостей, по собственной инициативе США их рушить не собирались.
Ну а дальше не только США, но и весь коллективный Запад оказался в положении лося из анекдота, который сколько ни пил, а ему всё хуже становилось: собственные ресурсы оказались на диво быстро исчерпанными, а Россия всё не ломалась и не ломалась. Америке в лице Трампа пришлось самой просить соглашения о перемирии. Но тут вновь вмешались британцы, увидевшие для себя возможность поиграть на истощение сразу трёх своих конкурентов (России, США и ЕС). Британия приласкала Зеленского, консолидировала европейцев, организовала давление на США и, в конце концов, сорвала мирный процесс в очередной раз. США не удалось полностью дезертировать с российского фронта. Как они ни напрягались, а пришлось хотя бы формально возвращаться в антироссийскую коалицию.
И посодействовал этому второй ближайший союзник США — Израиль. С момента своего создания Израиль придерживался стратегии, очень похожей на британскую. Он стремился заключать мир только по итогам полного разгрома своего противника — буквально диктовать условия прекращения огня. Конечно, в ряде случаев приходилось ужимать свои амбиции под давлением сверхдержав, бывало, что победы были недостаточно убедительны и оспаривались, поэтому условия мира также приходилось смягчать. Но Израиль всегда исходил из того, что если он не будет сильнее всех окружающих его арабских (скорее даже исламских) стран вместе взятых, если они не будут его смертельно бояться, то рано или поздно соберутся с силами и сбросят в море. Поэтому Тель-Авив всегда внимательно следил за происходящим у соседей и в случае резкого усиления кого-либо и них был готов начать превентивную войну.
Новости партнеров
Иран давно является для Израиля врагом № 1. Впрочем, чувства Тегерана в отношении Тель-Авива аналогично «нежны». Израиль, некогда укравший ядерные технологии и незаконно создавший собственный ядерный арсенал, не верит, что Иран имеет возможность разрабатывать ядерное оружие и не разрабатывает его. По мнению израильских политиков, единственный надёжный способ обезопасить Израиль от Ирана — силой сменить власть в Тегеране на проамериканскую, лишить Иран значительной части его военного потенциала и поставить под полный американский контроль.
Израильтян крайне раздражала политика Обамы, направленная на компромисс с Ираном, и балансирование между разными региональными игроками на Ближнем Востоке, не привязывая политику США к интересам любого из них. На определённом этапе интересы Израиля совпали с интересами команды Трампа, которой для перенесения центра тяжести геополитических усилий в Индо-Тихоокеанский регион, для работы против Китая, был необходим контроль над иранской нефтью и, главное, над путями доставки энергоносителей в Юго-Восточную Азию из Персидского залива.
Как и в случае с англичанами, США ничего не имели против военного разгрома Ирана, хоть и сомневались в целесообразности резких шагов. Израиль же выступил инициатором нападения и убедил Вашингтон в лёгкости решения данной задачи. В результате США проиграли и на этом направлении и вновь не могут заключить хоть какое-то соглашение с Ираном, чтобы избежать полной военно-политической катастрофы на глазах всего мира. Израиль не отпускает их с ближневосточной войны, точно так же как Великобритания с европейскими союзниками с украинской.
США увязли в двух конфликтах, в которых не могут победить. Но их союзники также не желают терпеть поражение. С точки зрения как израильтян, так и европейцев (включая британцев) сохранение США с их ядерным потенциалом, активным участником коалиции даёт им шанс. На самом деле это участие даёт им шанс сгореть в ядерном армагеддоне (причём США не обязательно за них заступятся). Но они считают, что в критический момент американцам просто некуда будет деться и Вашингтон не бросит союзников, без которых не сможет удержать нужные ему плацдармы ни в Европе, ни на Ближнем Востоке.
Ближайшие союзники, как доверенные сотрудники, всегда склонны преувеличивать свою значимость. Если их вовремя не поставить на место, сотрудники могут довести до личной, а союзники — до геополитической катастрофы. США пока не готовы отмежеваться от тянущих их на дно союзников. Слишком много американских элитных групп связаны с ними финансово-политическими интересами. Будучи неспособным сбросить балласт, оправив союзников в самостоятельное плавание, Вашингтон остаётся заложником их интересов и их политических стратегий, уверенно ведущих американскую империю к коллапсу.
