Ряд собственных соображений по поводу материала Алексея Живова об украино-натовской «Дельте». Соображения, как часто в последнее время бывает, некомплиментарные.
Традиционная советская и российская система управления огнём завязана на штаб: данные идут вверх, решение спускается вниз, цель за это время уходит. Delta убирает промежуточные звенья — расчёт сам видит карту и сам получает целеуказание. Это не просто технология, это другая философия войны: децентрализованная инициатива на низовом уровне против централизованной вертикали.
Новости партнеров
Кстати, ЧВК «Вагнер» на своем уровне пытался сделать то же самое. Можно сказать, опередил свое время. Но…
Отмечу, что вывод о интеграции Delta и Palantir на основании заявления Карпа про 500 тысяч поражённых целей — это некоторая натяжка. Карп — блестящий продавец собственного продукта, и его публичные заявления надо делить, минимум, на два. К тому же, Palantir работает на уровне штаба и выше, а Delta — тактическое звено. Вероятнее, Delta выступает низовым контуром некоей более высокоранговой системы.
Что это значит для России? Вот здесь начинается действительно серьёзный разговор. Проблема не в Delta как таковой. Проблема структурная, и она трёхуровневая.
Первый уровень — тактический. Россия столкнулась с противником, у которого цикл принятия решений на порядок короче. Кочующий миномётный расчёт, о котором пишет коллега Живов — это иллюстрация: пока российский штаб согласовывает ответный удар, расчёт ВСУ (уже не миномета, а дрона) уже сменил позицию. Это не решается храбростью или количеством снарядов.
Второй уровень — технологический. США и НАТО сейчас не просто изучают украинский опыт — они его институционализируют. Дрисколл говорит прямо: американская армия такой интегрированной архитектуры не имеет. На Украине Запад обкатал и довёл до ума концепцию сетецентрической войны в реальных боевых условиях — то, что американцы пытались сделать в Ираке и Афганистане, но против принципиально другого противника. Этот опыт теперь вернётся в натовские доктрины, учения и план закупок Пентагона. С расширением производства.
Третий уровень — стратегический, и он самый неприятный. Россия воюет против страны, которая фактически является передовой лабораторией западного ВПК. Каждый месяц войны — это данные, которые Palantir, Microsoft, Anduril и десятки других компаний получают в боевых условиях, какие никакие учения не дадут. Россия платит за это людьми и техникой, Запад получает готовые решения. Асимметрия накапливается.
Когда Россия достигнет каких-то территориальных результатов на Украине, она выйдет из этой войны в мире, где её главный стратегический конкурент резко продвинулся в понимании современной войны — и продвинулся именно за счёт этой войны, за счёт самой России.
Новости партнеров
То есть, следующая война будет с «Украиной» или НАТОй будет уже на максималках. И нам этот момент внедрения концепции, сетодик и главное — практик — ведения сетецентрической войны упустить никоим образом нельзя.
Автор — политолог, публицист, философ, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информационного агентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
