О том, что фронт на Украинском ТВД находится в тупике, я указывал уже не раз. Такое положение оформилось еще в прошлом году, который прошел под знаком битвы за Покровск (Красноармейск). Она вылилась в полуторагодичную череду непрерывных взаимных ударов тактического характера и отползанием противника на запад. К началу этого года Покровская агломерация была освобождена, и продвижение ВС РФ на ряде участков замедлилось в виду попыток контратак противника. Но не только это стало причиной относительной стагнации фронта. Виной всему — тотальное превосходство технических средств контроля и дистанционного поражения над действиями живой силы.
В реальности это приводит к тому, что любой подвод/подход резервов на лбс и попытка их накопления для наступательных действий, связанных с прорывом обороны противника, становятся, мягко говоря, проблематичными, а в большинстве случае и невозможными от слова «совсем».
Новости партнеров
Вдумайтесь в это цифры — 80-90% потерь л/с происходит еще на рубеже выдвижения к лбс. Т.е., 8 или 9 бойцов погибают в пути, так и не вступив в бой с противником, даже не увидев его. Большинство потерь — от fpv-дронов, дронов-ждунов, которыми украинские формирования насыщаются в массовом порядке. Свирепствуют коптеры линейки «Баба Яга», накрывая сбросами группы на открытом пространстве и в укрытии.
Итог: кратно возросшее число потерь, замершая линия фронта. За последние 2 года стороны перешли к тактике действий малыми группами, объясняя это, в первую очередь, соображениями скрытности. С одной стороны, это правильно для рассредоточения живой силы и минимизации потерь. С другой, малый формат поставил крест на том, что так ждут от войск наверху и в СМИ — масштабных наступательных действий и сокрушения врага. Для оперативных и стратегических прорывов не хватает средств, а их накопление тут же вызывает ракетно-дроновые удары.
Это и есть тупик.
Возникло противоречие в освещении войны в официальных mass media, ожидании громких побед/освобождений [СМИ транслировали нарративы о коллапсе и скором крахе противника, который так и не наступил] и реальности. Фронт превратился к зону локальных, т.е. исключительно тактических передвижений сторон с накатами и откатами по сотне с лишим метров в день. Таким макаром можно воевать хоть сто лет, и это не преувеличение. Системы ИИ Пентагона подсчитали, что при сохранили темпов и тенденций на Украинском ТВД ВС РФ понадобится почти 100 лет для выхода на западные границы Украины, о чем и было должно Трампу. Отсюда его настойчивые заявления о необходимости прекращения войны, которая мало что приносит сторонам кроме больших потерь. В целом, это утверждение оказалось недалеким от истины.
Использование малых групп выглядит примерно так: двойки и тройки штурмовиков умудряются под прикрытием тумана, марева, ненастья, ночью быстро пробраться к переднему краю, выжив при этом, говоря навоязом, инфильтроваться в систему обороны противника, занять позицию в окопе/блиндаже/разрушенном здании, подвале, замаскироваться, избежав попадания в зону внимания операторов БпЛА противника. Затаились. Ждут приказа. Совершают стремительные вылазки на поверхность, чтобы затем затаиться вновь. Не от хорошей жизни у нас появились бойцы, которые месяцами действуют таким образом в отрыве от основных сил, обозначая наше присутствие/контроль на том или ином направлении, участке фронта, в населенном пункте. Они выживают, благодаря сбросам с дронов, доставляющих воду, продукты, боеприпасы, средства связи. Физический контакт с ними практически исключен в виду активных действий «малой авиации» врага. Тех, кому повезет, освобождают из изоляции с продвижением наших военных или выводят в тыл, представляют к высоким наградам, как, например, Сергея Ярашева, который месяц передавал координаты командованию прямо с позиций противника, наводя дроны и огонь артиллерии. Ярашеву присвоено звание Героя России. Число таких подвигов исчисляется десятками, если не сотнями.
Подобная практика несколько расслабила ряд командиров тактического и оперативного звена, которые докладывали наверх о взятии и контроле над тем или иным населенным пунктом. Теперь такие донесения называют «кредитными докладами». Одиночки-камикадзе, сидящие в серой зоне и на участках, обозначенных как контролируемые противником, воюют за целое подразделение или в/ч. Благодаря им, наверх идут бодрые рапорта/отчеты о боевой работе. А кто скажет, что она не ведется? Они же выполняют и демонстрацию флага, т.н. флаговтыки под фото- и видеозапись, чтобы потом доложить о взятии населенного пункта. Такие случаи не единичны. Все довольны — отцы-командиры, которым «успехи» позволяют подавать документы о награждениях, высокое командование, которому не портят статистику, и которое отчитывается о победах на самый верх. Думаю, что в этом же контексте стоит рассматривать и дважды взятие Купянска, о чем исправно докладывали Президенту, банально подставляя его. А в реальности сейчас Купянск — как минимум, большая «серая зона», над которой максимально активны Силы беспилотных систем противника. Мы тоже там есть — и на земле, и в воздухе, но … в меньшей степени. Это если ближе к реальности.
Другим недостатком применения тактики малых групп стала их уязвленность. Автономные действия двоек-троек подразумевают очень серьезную подготовку личного состава практически на уровне спецподразделений, скажем, военной разведки. Штурмовик должен, собственно, уметь в штурм/оборону, быть сапером/минером, снайпером, пулеметчиком, гранатометчиком, связистом, медиком и т.д. Ещё он должен уметь сам себе оказать помощь в случае ранения и продолжить выполнение боевой задачи. Помоги себе сам — помочь ему некому, и эвакуационной группы не дождаться. При тяжелом ранении одного из штурмовиков группа окажется небоеспособной как боевая единица: один или двое тяжелого не вынесут из «серой зоны» (киллзоны) под контролем fpv противника.
Новости партнеров
А уж о подготовке на уровне спецназа и говорить не приходится. Практика печальна, и это не голословные утверждения. Мой хороший знакомый пропал без вести в составе целой штурмовой группы под Артемовкой (Софиевкой) в ДНР. Заключив контракт с МО в последних числах октября 2025 г., на передовой он оказался 17 ноября. О какой боевой подготовке за неделю гражданского 48-летнего человека можно вести речь? О подготовке — нет, о её имитации — да. Такие факты массовы. Суровая правда войны — работа в составе двоек или троек зачастую — дорога в один конец.
К слову, подобное было исключено в бытность самой эффективной силовой структуры РФ новейшего времени — ЧВК «Вагнер». Основные тактические схемы «оркестра» предполагали действия «пятерками» как основной низовой тактической единицы, которой при необходимости придавались спецы для усиления. О боевом опыте «вагнеров» написано немало, в но в какой степени эти знания, полученные кровью, передаются и используются в ВС РФ, большой вопрос.
Технологии умерщвления людей совершенствуются с каждым месяцем, а средства защиты явно уступают в этом соревновании, не поспевая ограждать личный состав от поражений.
К сожалению, наша бронетехника, которая, как мы знали, самая лучшая и надежная в мире, оказалась не готова к боевым действиям такого характера и такой интенсивности. Речь о БМП, БТРах, бронемашинах, в целом технике доставки живой силы на передний край, эвакуационной медтехнике и танках. Война на Украине спустила нас с небес на землю и открыла глаза на очень многое. Порой возникает впечатление, что конкретные уроки и наработки СВО не то что не волнуют, но даже не интересуют иных представителей отечественной промышленности в тылу.
Танки в ходе СВО превратились в подвижные огневые точки, которые поддерживают пехоту на безопасном расстоянии, работая исключительно с ЗОПов (закрытых огневых позиций), т.к. при стрельбе прямой наводкой, т.е. в зоне прямой видимости врага, ответ можно ждать уже не через минуты, а секунды. На первый план выходит защищенность брони от fpv противника. С этим есть проблемы. В среднем при наличии КДЗ, «мангала» и иных доводок танк может выдержать 2-3 fpv-попадания, чем сохранит жизни экипажу, позволит ему выбраться из пораженной машины. Тут не до жиру, быть бы живу. К слову, у противника, который оснащен в последнее время преимущественно бронетехникой западного производства, процент живучести даже повыше и за счет самого бронирования, и за счет «обвесов». Мы все время сравнивали ТТХ нашей и американской брони, подчеркивая наши преимущества. А на деле оказалось, что две БМП «Брэдли» огнем своих скорострельных пушек могут «ослепить» и обездвижить отечественный Т-72. Броня «Брэдли», особенно с допами в виде титановых плит, держит не только fpv. Её задняя аппарель прикрывает и помогает высадке/эвакуации десанта с минного поля, под огнем противника и т.д. Это лишь пару штрихов из общей картины.
Более того, выражу, возможно, крамольную мысль — наш ВПК оказался во многом не готов к ведению боевых действий нынешнего характера, и это в первую очередь можно отнести к бронетехнике, самоходной и буксируемой артиллерии. Более того, за 4 года войны предприятия-мастодонты ВПК так и не смогли предложить военным, кроме «мангалов», прорывные решения в деле защиты брони от ударов fpv-дронов, её живучести, выносливости в условиях переднего края. Ребрендинг боевых машин 70-80 гг. прошлого столетия, как правило, не отвечает вызовам времени. Бронемашины не прикрывают личный состав, а превращаются в братские могилы для пехоты. К примеру, десантные отделения наших БМП не пригодны для перевозки личного состава, а дополнительные топливные баки в кормовых люках выступают в роли крышек гроба при попадании боеприпаса. Линейка боевых машин десанта (БМД) с алюминиевыми корпусами вообще оказалась не пригодной к современному бою, и это не исправили попытки модернизации.
Но говорить об этих и других проколах у нас почему-то как-то не принято и возбраняется. Когда общественники, волонтеры, военкоры и сами военные пытаются поднять проблемы, то получают угрозы в свой адрес и даже обвинения в попытках дискредитации армии. Проще промолчать, спокойнее и целее будешь. Бред, да и только.
О том, что происходит на фронте, можно писать очень многое. Но суть ясна — без реформации Вооруженных сил, системы подготовки мобрезерва и всей системы боевой подготовки, без кардинальной реформы Военно-промышленного комплекса и экстренного перехода на выпуск образцов техники и вооружений, нужных сражающейся армии, с победами будет туго. И это без скидок на то, что боевые действия на Украине могут быть приостановлены путем гипотетических переговоров.
Новости партнеров
Пока, по крайней мере, противник не выказывает желания уступать, постоянно заявляя о расширении географии ракетно-дроновых ударов вглубь России и о том, что не отступит от своей главной цели — нанесения нам поражения.
Значит, будет воевать. Значит, преобразования и реформы неизбежны, поскольку без них мы рискуем потерять даже то, что имеем.
