«Недооценка уровня угроз для России и промедление в устранении уязвимостей могут повлечь трагические последствия», — заявил вчера секретарь Совбеза С.Шойгу на выездном совещании в УФО.
Конечно, хорошо, что на самом высоком уровне признали данную ситуацию и публично озвучили. Однако за счет кого она во многом образовалась? Не за счет того самого МО, которые долгие годы возглавлял Шойгу, и его замов, которые через одного оказались воры и коррупционеры?
Новости партнеров
Насчёт промедления и недооценки уровня угроз в патриотическом сегменте российского интернета в последние годы не писал только ленивый или «патриот на зарплате». Все давно уже понятно — и насчет «недооценки угроз», и насчет «промедления в принятии решений». Прокрастинация называется. Термин в психологии такой есть.
Казалось бы, что может быть проще: берём ВВП Евросоюза и Британии по ППС, и России за 2024 год. С учётом «Духа Анкориджа», типа, забываем на время про ВВП США и складываем: $26,31 трлн ЕС + $4,29 трлн бритишей против $6,94 трлн РФ. Разница в 4,4 раза не в нашу пользу. Совершенно очевидно, что при нашей прокрастинации и нынешнем течении СВО, это просто вопрос времени, пока Европа нагонит и перегонит Россию по объёму выпуска обычных вооружений и оснащению ими киевского режима.
За последние дней 10-15, глядя на то количество дронов, что Украина по нам запускает, и то количество, которое мы по ней запускаем, как минимум, паритет получается уже. Значит, по БПЛА-камикадзе враг уже догнал. Эффективность поражения, правда, у нас выше. В принципе, не сложно клепать фанерные самолётики. При инерционном сценарии развития событий к лету или летом в нашу сторону будет лететь в разы больше.
Теперь по ракетам. Киевский режим уже применяет крылатую ракету FP-5 («Фламинго») британской разработки, но, как я понимаю, с некоторой незначительной локализацией на украинской территории или даже без неё. Заявленные дальность полёта – 3000 км, масса боевой части – 1000 кг.
Укро-британские ракетостроители на днях похвастались, что на очереди — ещё две ракеты, но уже баллистические, что, конечно, затруднит перехват. FP-7: дальность – до 300 км, масса боевой части – 150 кг, макс. скорость – 4,5 Маха. FP-9: дальность – до 850 км, масса боевой части – до 800 кг, макс. скорость – 6,5 Маха. Это заявленные характеристики. Можно допустить, что при подключении ВПК ЕС к конфликту, к концу года или даже ранее, «украинских» ракет в нашу сторону будет лететь не меньше, а, может, и больше, чем наших в ее сторону.
Вырисовывается уже две важные позиции, по которым враг будет иметь или паритет или уже будет нас обгонять. А это потери на ЛБС и новая мобилизация. В 2027 году будет ещё сложнее, т.к. ВПК Европы наберёт обороты.
Кстати, почему-то все забыли про согласованную США поставку Киеву 3350 новых малогабаритных авиационных ракет ERAM (Extended Range Attack Munition) класса «воздух-поверхность» с дальностью полёта до 463 км. Не исключаю, что они полетят в нашу сторону уже в этом году. Дух Анкориджа.
Новости партнеров
Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что по обычным вооружениям ЕС, даже без США, Россию уверенно сделает. Таким образом, барахтаясь в инерционном сценарии мы просто идём к своему поражению. Как оно будет закреплено, через «Дух Анкориджа» или что-то другое, в принципе, будет уже не важно.
Сценариев у нас два. Первый — продолжать двигаться по инерции, в парадигме «ответных ударов», т.е. стратегически действовать от обороны в отношении НАТО. Второй – брать стратегическую инициативу в свои руки и резко повышать уровень эскалации. Либо через ядерные испытания, либо через практическое применение ядерного оружия (тот же Орешник по Жешуву и Констанца) в интересах скорейшего достижения заявленных целей СВО.
Отказавшись от масштабизации конфликта, мы дали Европе (НАТО) время психологически, организационно и технологически подготовиться к войне и перейти на мобилизационные рельсы.
Т.е., двигаясь по инерции, Россия прямо въезжает в новую Большую Европейскую войну. США нас туда и так ведут за ручку через якобы «переговорный процесс». За которым последует «обезглавливающий удар», как в Венесуэле и Иране, на которых технология по смене власти обкаталась.
В этой связи необходимо отдавать себе отчет в том, что логика «недопущения эскалации», которая зачастую доминирует сегодня в наших решениях, есть ничто иное, как ловушка стратегического мышления. Противник давно снял для себя все ограничения, поставив цель нанести нам неприемлемый ущерб не только на поле боя, но и в экономике, политике и сознании людей.
Интеграция Украины в военную инфраструктуру НАТО уже де-факто состоялась. Оборонная промышленность альянса работает на киевский режим, а западные инструкторы и наемники стали неотъемлемой частью боевых действий. При этом продолжение тактики «малых шагов» и «зеркальных ответов» с нашей стороны лишь приближает момент, когда нам придется реагировать в условиях, максимально невыгодных для нас.
Чем дольше мы избегаем решительных действий по отношению к логистическим хабам противника на территории Польши и Румынии, тем прочнее становится сеть разведывательных данных, поступающих в режиме реального времени в штабы НАТО. Спутниковая группировка, самолеты AWACS, системы дальнего радиолокационного обнаружения, базы и склады вооружений — все это уже работает против нас, даже формально не пересекая «красных линий». Эти линии нарисованы нами же, и противник нагло их стирает ногами, каждый раз убеждаясь в нашей предсказуемости в нежелании обострять.
Что необходимо понимать. Что «украинский кризис» — это лишь этап. За ним маячит перспектива прямой конфронтации с ВС ЕС, которые сейчас ускоренно перевооружаются. Инерция в данном контексте означает, что мы позволяем противнику выбрать время и место для нанесения главного удара. Переговорный процесс, навязанный нам через посредников, — это тактическая пауза для Запада, необходимая им для ротации войск, накопления резервов и развертывания новых систем вооружений у наших границ. Игра в «добрую волю» здесь смертельно опасна.
Новости партнеров
Следовательно, единственным способом предотвратить тотальную войну по натовским сценариям является переход к неприемлемым для них формам воздействия уже сейчас. Демонстрация готовности нанести удары по территориям стран-членов альянса (не только по военным аэродромам, но и по ключевым объектам энергетической и транспортной инфраструктуры, в том числе той, что обеспечивает переброску сил) должна стать не просто угрозой, а оперативной реальностью. Противник должен знать, что логистический хаб в Жешуве или порт в Констанце перестанут существовать при первых признаках натовского наступления или при попытке использовать их для ударов вглубь нашей территории. Но они это уже давно делают. Значит, удары уже можно наносить.
При этом что надо понимать. Снести Джешуф и Констанцу (как, возможно, и ряд других военных баз НАТО вблизи наших границ) — это не эскалация. Это — демилитаризация прифронтовой зоны НАТО. Это единственный способ отрезвить западные элиты, привыкшие воевать чужими руками до последнего украинца. Промедление здесь равносильно принятию условий капитуляции, размазанной по времени на несколько лет.
Автор — политолог, публицист, философ, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
