Жесты уважения в адрес Трампа — да, принципиальные уступки — нет
Главные переговорщики Москвы и Вашингтона по украинской проблематике шагают не в ногу. Стив Уиткофф прямо-таки излучает оптимизм. А вот правая рука Путина по вопросам внешней политики Юрий Ушаков активно орудует ушатом холодной воды. И речь в этом заочном споре идет не только и не столько о том, что может быть достигнуто на новом раунде переговоров в Абу-Даби. Все гораздо более запутано и более интригующе. Риторические копья ломаются по поводу того, что якобы уже достигнуто (версия американской стороны) или не достигнуто (опровержения американской версии со стороны Кремля).
Юрий Ушаков идет по анфиладе церемониальных залов главной рабочей резиденции президента РФ в центре Москвы и одновременно в достаточно раздраженном тоне отвечает на вопросы телевизионного журналиста. Направлено это раздражение, впрочем, не на журналиста, а на американских коллег Ушакова, с которыми он вместе с ВВП еще совсем недавно встречался в тех же самых кремлевских залах. Однако с тем же самым успехом (или, вернее, неуспехом) этой встречи могло бы и не быть. Настолько по-разному в Кремле и Белом доме трактуют то, что, казалось бы, должно иметь только одну трактовку.
Новости партнеров
Стив Уиткофф: «Соглашение по протоколам безопасности практически готово, соглашение о процветании практически согласовано». Ушаков: «С российской стороной никто это не согласовывал». Еще одно очень краткое, но при этом очень важное заявление главного спеца Кремля по иностранным делам — о формате следующего раунда переговоров в столице ОАЭ. Цитирую агентство РИА Новости: «Помощник президента Юрий Ушаков раскрыл подробности предстоящей встречи российской и украинской делегаций в ОАЭ и объяснил её формат: «Так договорились украинцы и американцы между собой, чтобы провести контакт двусторонний на более низком уровне».
«Двухсторонний контакт» будет между представителями Москвы и Киева. Но договорились о нем «между собой» американцы и украинцы, а Кремль как-бы несколько дистанцируется от этой договоренности. А может и не «несколько»? Глава МИД РФ Сергей Лавров в ходе телевизионного интервью, которое было обнародовано практически одновременно с заявлениями Ушакова: «Насчет соглашения о гарантиях безопасности между США и Украиной говорить не буду, потому что мы его не видели…Мы не видели соглашения с Соединенными Штатами, о котором сейчас на каждом углу говорит Зеленский».
При этом Лавров, правда, делает важную оговорку, которую можно интерпретировать как намек на то, что в Москве многое знают о том, что «не видели»: «Не в наших традициях раскрывать содержание встреч, которые мы проводим в дипломатических рамках, тем более по серьезным вопросам урегулирования конфликтов». Но это уточнение лишь усиливает громкость сигнала из Кремля и подчеркивает контраст между этим сигналом и сигналами из США.
Стив Уиткофф уверяет, что между Москвой и Киевом происходит «много чудесных вещей». В прочтении государственного секретаря Марко Рубио не урегулированным между Россией и Украиной остается по большому счету лишь территориальный вопрос. Однако Кремль в лице Юрия Ушакова такое прочтение ситуации опровергает — или, если использовать формулировку российского государственного информационного агентства, «не подтверждает»: «Нет, не думаю».
Рискну предположить, что это «нет, не думаю» относится ко всему потоку сообщений из США о том, что конфликт между Россией и Украиной вот-вот будет завершен. В Кремле, похоже, относятся к этому потоку как в своеобразной форме давления, попытке принудить Москву безропотно принять те договоренности, которые достигнуты или будут достигнуты между американцами и Зеленским на двусторонней ( или трехсторонней, если считать Европу) основе.
Однако «безропотность» это точно не про нынешний Кремль. Путин готов к жестам уважения в отношении Трампа типа, например, «энергетического перемирия», которое несмотря на отсутствие официальных подтверждений с российской стороны вроде бы имеет место. Но ВВП не намерен сдавать те позиции, которые он считает принципиальными. Вот такой расклад накануне нового переговорного раунда в Абу-Даби — действа, которое точно не станет не последней, ни даже предпоследней главой в российско-украинской политической драме.
