Прозвучало мнение, что охранять танкеры теневого флота опытными людьми, например, из ЧВК, на борту не имеет смысла. Потому что оружие на борту – это дополнительные потенциальные проблемы, а от регулярного флота всё равно не отстреляться – у него калибр больше. Исходя из чего нужно хитрить в рамках правового поля, либо же отправлять собственные флоты в поддержку. Но это все суета, потому что «текущую прокси-войну с НАТО мы и так уже почти выиграли» (с). И нечего усложнять.
Я, наверное, что-то проспал. Т.е. денацификация-демилитаризация бандеровской хунты уже «почти» состоялась? Наш флаг гордо реет над Радой, а Медведчук, а за ним Царев спокойно выступают с трибуны под аплодисменты пророссийской фракции в парламенте? Браво.
Новости партнеров
Ну да, так всегда и бывает: когда ты побеждаешь, то со всех сторон тебя начинают рвать, решаясь на то, о чем раньше думать боялись – уже кроме американцев и лягушатники захватили наш танкер. С такой логикой можно далеко зайти. Например – а зачем мы тогда вообще начинали СВО и решили отстаивать свои интересы военным способом? Ведь понятно, что милитаризация Украины и накачка русофобией – это от вражеского трусливого бессилия перед лицом нашего крепнущего могущества.
Теперь о том, что именно делать. Подчеркну — в рамках международного права. Там где без рамок — там будет выделено жирным.
Действительно, допустим, что лучший щит – это не бить в ответ со всей возможной силы, а управляемая «белизна» там, где это возможно. Большинство задержаний в море невозможно легализовать как чисто санкционный акт. В международных водах (high seas) действует базовый принцип: судно подчиняется исключительной юрисдикции государства флага. То есть «просто так» досматривать чужое торговое судно нельзя.
Корабль (или уполномоченное гос. судно) может остановить и проверить иностранное судно в открытом море, если есть разумные основания подозревать, что судно: занимается пиратством, участвует в работорговле, ведёт несанкционированное вещание (pirate radio), не имеет национальности (stateless vessel), либо на деле имеет ту же национальность, что и военный корабль, несмотря на демонстрацию иного флага. Конечно, «разумные основания» – это категория неконкретная, под нее, как показывает практика сегодняшнего дня, можно подвести все, что угодно.
Для судов таких категорий должен быть не просто юрист, а готовая юридическая юрбригада. Заранее нанятая юридическая фирма в 5-7 ключевых юрисдикциях. Инструкции капитану «что говорить/что подписывать/что не подписывать». Готовые письма протеста, ускоренная процедура подачи обеспечительных мер и апелляций, готовые медиа-тезисы для адвоката и оператора.
Идем далее. Угроза задержания максимальна там, где легко физически перехватить, есть правовая база для «интердикции» и есть политическая воля. Это означает необходимость прокладывать маршруты так, чтобы было безопаснее – пусть и дольше. Неплохо бы делать двойной или даже тройной контур фрахта. Чтобы судовладелец, оператор, торговый дом и получатель были совершенно разными людьми, а платежи и ответственность – разведены.
Хорошо бы делать такое и в других аспектах. Чтобы конфликт переходил из «Европа захватила судно с российской нефтью» в «Европейцы задержали судно X под флагом страны Y с экипажем страны Z с грузом для страны Q и теперь все они заваливают протестами и исками». Это резко повышает дипломатические издержки.
Новости партнеров
Нужен постоянный мониторинг ситуации вокруг судна. Речь о диспетчерской модели, которая ведет наблюдение за движением потенциально идущих на перехват кораблей, мониторинг NOTAM/NAVTEX, контроль по спутниковым данным (AIS + SAR/оптика), система раннего оповещения экипажа: кто и где сближается. Не для перестрелки, а чтобы заранее изменить курс, увеличить дистанцию, выйти в иные воды, вызвать правовую поддержку заранее.
Для каждой опасной акватории должен быть список «куда сигналить», прежде всего, консульства государства флага.
Переходим теперь к самому интересному. Если Запад превращает санкции в морскую интердикцию, то ответный пакет может включать зеркальные юридические действия против европейских судов/активов там, где это возможно (хотя таких мест немного, да), усиление контроля по технике безопасности/экологии в своих портах, экономические меры против операторов логистики, страхования, классовых организаций.
В качестве экстравагантной идеи – заявить, что с учетом недружественной позиции Франции в ближайшие 100 лет суда под французским флагом и в экономических интересах Франции не будут ходить по Севморпути. Хоть какая-то действенная реакция, пусть и в перспективе. Про то, что можно просто потопить пару танкеров из недружественных стран и сделать это так, что никаких претензий к России не будит – я промолчу.
Относительно полной бессмысленности наличия на борту вооруженной охраны. Классическая модель (особенно в пик сомалийского пиратства 2008–2012) выглядела так: судовладелец нанимает Private Maritime Security Company (PMSC), на борт садится команда вооружённой охраны (обычно 5-8 человек), они сопровождают судно при прохождении High Risk Area (HRA), задача охраны – не победить, а не дать подняться на борт. И тут, на самом деле, много общего с текущими вызовами. Танкеры же не в морской бой вступают, а должны иметь возможность отмахаться, чаще всего, от одного вертолета.
Откуда вообще охране знать, что в международных водах доверенное ей судно преследует государственный вертолёт, а не наркокартель? Если верить Трампу, то они вообще распоясались в последнее время. Вертолет можно предупредить, что, господа, мы в душе не знаем, вы настоящие жандармы или просто по-бандитски нацепили на себя французские флаги, до разбирательств будем отбиваться. У нас ещё там человек с ящиком гранат в трюме, у переборки за которой 20 000 тонн нефти. Вы легитимные силовики? Ну, раз у вас на борту нет вашего министра внутренних дел с послами всех стран-интересантов нашего рейса, то пусть нам позвонит судовладелец, а ему сначала позвонят из нашего консульства. Вы пока летайте, под взаимным прицелом, а мы пойдём себе дальше.
Да, в ответ захватчики могут отозвать вертолет и ударить по танкеру ракетами. Я молчу про экологическую катастрофу. На нее пойдут США, Британия, Франция? Большой вопрос. Но главное — если ударят, то это будет окончательным подтверждением того, что делать можно все, что угодно. И это полностью развяжет нам руки.
Зачем вообще заморачиваться международным правом на фоне похищения Мадуро, отжима Гренландии и прочих событий? Россия должна делать то, что ей выгодно. Потому что у нас есть не только ядерное оружие и много гиперзвуковых систем. Главное — у нас есть политическая воля на их применение. И как только мы ее проявим, не только на Украине, наше мнение начнут учитывать в 100 раз большей степени, чем сегодня.
Новости партнеров
Да, вот так просто. Если международное право в глобальной геополитической войне соблюдаем только мы, то это как играть с шулерами, соблюдая правила — домой уйдешь без часов друга, подаренного отцом кортика и купленных женой штанов.
Автор — политолог, публицист, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
