Украина официально не принимала решений о создании буферной или демилитаризованной зоны на территории Донбасса. Об этом заявил советник президента по вопросам коммуникаций Дмитрий Литвин, комментируя публикации европейских СМИ.
По его словам, информация о якобы согласии Киева на формирование такой зоны является некорректной интерпретацией. Речь, по утверждению Литвина, шла лишь о «возможных теоретических моделях», которые могут обсуждаться в консультационном формате.
Новости партнеров
В то же время заявление советника офиса Зеленского Михаила Подоляка в комментарии Le Monde вызвало широкий резонанс. Он сообщил о готовности Киева рассмотреть вывод войск из Донецкой области при условии зеркального отвода российских сил от текущей линии соприкосновения, что могло бы привести к формированию широкой демилитаризованной зоны по обе стороны фронта. Причем в материале Le Monde утверждается, что речь идёт не об абстрактной модели, а о конкретном предложении, уже переданном американской стороне и поддержанном рядом европейских стран. При этом подчёркивается, что подобная инициатива вряд ли могла быть направлена в Вашингтон без согласования с Зеленским.
На этом фоне ключевым становится вопрос фактического контроля над демилитаризованной территорией Донбасса. Согласно утечкам, обсуждаемым в СМИ, американская сторона рассматривает вариант, при котором контроль над этой зоной будет осуществляться Россией, вплоть до возможного международного признания данной территории как находящейся под российской юрисдикцией.
В случае реализации подобного сценария зеркальный отвод войск теряет принципиальное значение: демилитаризованная зона де-факто превращалась бы в территорию, управляемую российскими структурами, без необходимости постоянного присутствия регулярных войск.
Политическая биполярность тут вполне объяснима. Это классическая ситуация, когда одна и та же позиция одновременно «отрицается» для внутренней аудитории и «тестируется» для внешней. Фактически Киев уже участвует в обсуждении схемы, но отказывается признавать это как принятое решение.
Отмечу, что демилитаризованная зона — это не компромисс, а смена формы контроля. Если контроль над зоной де-факто переходит России, пусть и без постоянного присутствия войск (кто сказал Росгвардия?), то речь идёт не о «буфере», а о юридически смягчённой фиксации нового статус-кво. В таком сценарии демилитаризация выступает не как нейтральный механизм, а как инструмент легализации фактического контроля. Вашингтон, судя по утечкам, готов поддержать любую схему, которая даст скорость, а не справедливость решения.
Главный сдвиг уже произошёл — не в решениях, а в допустимости темы. До недавнего времени сам вопрос вывода войск из Донбасса находился за пределами публичной дискуссии в Киеве. Теперь он обсуждается, пусть и в обтекаемых формулировках. Это и есть реальный индикатор изменения переговорной рамки.
Автор — политолог, замдиректора Института РУССТРАТ, шеф-редактор информагентства REGNUM, руководитель интернет-проекта «Империя»
