Мы начали подготовку к великому нашему празднику — 9 мая Россия отметит 80-й день Победы. Нашим героям, вдовам героев, блокадникам и всем тем, кто ковал разгром над германским рейхом и его европейскими сателлитами, точно так же участвовавшими в агрессии против нашей страны, в ее разграблении, в убийстве советских людей, великим нашим согражданам государство отдает долг. Указ об этом подписал президент Владимир Путин.
Россия не забудет и узников лагерей смерти. Лагерей, созданных гитлеровским рейхом по всей Европе.
Новости партнеров
Фабрики совершения многомиллионных серийных убийств всех, кто не ариец, были сконструированы, построены, запущены в работу и функционировали потому, что европейская «культурная нация» решила, что Германия «превыше всего», и они — немцы — сверхчеловеки. Поэтому и решают, что делать с «недочеловеками».
В «недочеловеки» были записаны и русские. «Русские рабы» — это словосочетание тогда и вошло в европейский политический лексикон. Сам термин «просвещенные европейцы» позаимствовали в «Генеральном плане Ост». Он закреплял будущее «мировое господство Германии». До Урала. Господство без евреев и славян.
Мы этому сказали нет. И положили на алтарь Победы несколько десятков миллионов жизней. Жизней больших, жизней совсем крошечных, жизней взрослых, жизней детских, жизней стариков. «Мирового господства Германии» не случилось.
Сегодня наши жертвы, нашу кровь, нашу боль и наш Подвиг коллективный Запад и его медийка закатывают в асфальт игнора. Готовя тотальное забвение. Пример — корреспонденция французской «Монд». Речь о Треблинке, лагере смерти, в котором были уничтожены почти 900 тысяч, как писали в отчетах немцы, «недочеловек». Евреев и славян.
Слово «нацистский» употребляется с большой экономией. И без уточнения. Ну а слов «советский», «русский», «красноармейский» — в тексте нет вовсе.
Новая методичка в действии. Были «нацистские» «лагеря смерти». Которые находились в Польше. А потом эти лагеря сами «нацисты» уничтожили. Произошло это в июле 1943-го года. По причинам, которые не упоминаются. А еще в публикации говорится, что волонтеры занимаются «созданием музея и возвращением имен жертвам».
Поможем пораженной амнезией «Монд».
Новости партнеров
Треблинку германские нацисты и их приспешники (охранниками-вахманами служили главным образом украинцы) уничтожили вместе с узниками. Наша победа в окопах Сталинграда не оставила бонзам Третьего рейха иного выбора, кроме как начать прятать следы злодеяний. Землю лагерную засеяли кормовыми травами и отдали в надел вахману, тоже украинцу с немецкими корнями по фамилии Стребель.
Сразу после освобождения Треблинки там побывал военкор (и будущий знаменитый русский писатель) Василий Гроссман. Его очерк «Треблинский ад» напечатали в 1944-м. Корреспонденцию распространили во время трибунала в Нюрнберге в 1946-м.
Военкор Гроссман рассказал, что вытворяли (приводя имена и фамилии) «культурные немцы» с женщинами и детьми, как убивали подростков, как мучили стариков.
Это делали не абстрактные «нацисты». Это делали немцы. И у этих немцев были имена, как существовали у них и фамилии.
Как бы французам, после того как их с нашей помощью освободили войска союзников, ни хотелось убрать упоминания о немцах, мы, русские, их поправим. И продолжим. Как бы французы ни мечтали стереть с жесткого диска памяти, что их страна, ее учреждения, ее функционеры, капитулировав в 1940-м, забыв о чести, долге и совести, начали прислуживать во всех преступлениях германским оккупантам на всех уровнях, мы, русские, им напомним. Напоминание не ставит под сомнение подвиг членов движения Résistance (Сопротивление), название которому дали тоже русские.
Всей западной медийной машине, получившей в преддверии нашего великого праздника Победы указания не замечать, ставить под сомнение Подвиг нашего народа, да и вообще о нем не говорить, стоит приготовиться к безусловной денацификации. Не в смысле «изучения русского языка», как об этом в мандраже заявил генсек Рютте — нам ваш «райский сад» не нужен и задаром, А в смысле знания назубок истории нашей Великой Отечественной войны. Принесшей освобождение народам всей вашей объединенной Европы. Мы вас проверим. Столько, сколько захотим.
И мы сможем повторить, и столько раз, сколько потребуют этого наш долг и наша память, что без нашей крови, без наших жертв, без нашего общего Подвига, вас, таких лощеных, сытых и благополучных, так ненавидящих нас, и вместе со всей вашей «Монд», просто бы сегодня не было.
