В преддверии саммита БРИКС в Казани о нём и его возможных решениях высказывались разные прогнозы. В том числе, в российском информационном сегменте озвучивалось предложения о создании единой валюты BRICS. Но это естественное и хорошо понятное желание несколько забегает вперёд.
Невозможно учредить подобное «на ровном месте», не создав предварительно связующую финансовую инфраструктуру. Плюс невозможно в одночасье наладить беспрецедентные контакты между суверенными Центробанками государств, порой находящихся в непростых отношениях (Индия-Китай, и не только они), требующих абсолютного доверия и взаимных уступок. Только настроив механизм взаиморасчётов, апробировав его и запустив в длительную эксплуатацию возможно переходить к следующему шагу. Причём, на этом пути станет понятно — когда он нужен, и нужен ли вообще будет этот следующий шаг.
Новости партнеров
Но даже если отбросить эту логику, всё же западную лягушку надо варить на медленном огне. Создание единой валюты BRICS безусловно будет болезненно воспринято Западом как замена доллара, и заставит США реагировать как на непосредственную угрозу. Хорошо известна предвыборная риторика того же Трампа по этому поводу, и какие «санкции из ада» он собирается применять для стран-участниц в подобном случае. Постепенное же поднятие градуса в виде создания платёжной системы национальных валют не должно привести к апокалипсису экономической войны, когда Западу уже нечего будет терять. Упраздняя SWIFT в нашем полушарии, мы и так уже достаточно от него «отщипываем». Сюда же добавляется и то, что у Запада исчезает монополия на депозитарную систему и функцию глобального страховщика.
То, что в интервью RT Arabic от 10 октября Антон Силуанов говорит о такой системе как о свершившемся факте, говорит о том, что эта система уже выстроена. Понятно, что после запуска нужна будет ещё точная донастройка, отлаживание взаимодействия и обкатка различных мелочей, но самое важное — механизм уже создан.
Любопытно, как распределяется «ответственность» в рамках БРИКС, дабы гнев Запада и его ответный удар не ложился на какую-то одну из стран Глобального Юга. С одной стороны, именно Россия сейчас острее всего нуждается в подобных изменениях, в меньшей степени другие страны, как тот же Иран, десятилетиями приспосабливавшийся к ограничениям. Нет сомнения, что именно от нашего Президента шли главные усилия, чтобы сдвинуть этот вопрос с мёртвой точки. Но мы не значимся в «главных зачинщиках», а «ответственность» распределена на других, с кого «меньше спрос». Так, Египет внёс предложение о совершенствовании международных банков развития, Эфиопия предложила свои идеи относительно расчётных механизмов, Иран поделился наработанным опытом в обеспечении международной торговли вне SWIFT, а ОАЭ привнесли предложения относительно ИИ в сфере финансов и так далее.
Подчёркивается, что новая система будет современной, основанной на новых технологиях. И, главное — более дешевой для пользователей. Скорость платежей будет выше благодаря использованию цифровых валют и клиринга. Подобное невозможно без оборота ценных бумаг и обмена активами. Также параллельно запускается клиринговая система «БРИКС Клир» — на новом уровне технологий оказался востребован опыт СЭВ, о чём мы писали ранее. Прибавьте сюда создание собственной страховой компании БРИКС для обеспечения страхования торговых связей — мощная подпорка страхования грузов, товаров, услуг.
Со всем вышеперечисленным можно только представить себе конкурентные преимущества подобного SWIFT2.0, при том, что сами члены BRICS старательно избегают политического подтекста происходящей работы.
Однозначно, саммит в Казани станет исторической вехой на пути создания новой мировой системы и более справедливого миропорядка.
Автор — директор Института международных политических и экономических стратегий — РУССТРАТ
