День Святой Троицы в этом году ознаменовался жестокой и кровавой расправой. Теракты в Севастополе, Дербенте и Махачкале, совершенные в один из главных христианских праздников, стали чудовищным потрясением для всей страны. Исламисты, украинские боевики и зарубежные разведки — все эти силы действовали заодно, нанеся спланированный удар по мирному населению России.
Первой атаке подвергся Севастополь, над которым примерно в 12 часов по московскому времени были зафиксированы пять американских ракет ATACMS с кассетными боевыми частями. Несмотря на оперативную работу ПВО, осколками (по другим данным — единственной неуничтоженной ракетой и осколками) были поражены отдыхающие на пляже в Учкуевке. Согласно последним данным, пострадал 151 человек, 82 госпитализированы (27 из них — дети), погибло четыре человека (включая двоих детей). С высокой вероятностью можно утверждать, что американские ракеты наводились американским же беспилотником Global Hawk, летавшим над Черным морем с девяти утра.
Новости партнеров
Затем, примерно в 18 часов, были одновременно атакованы Махачкала и Дербент. В Махачкале в результате обстрела загорелась синагога на улице Ермошкина, было совершено нападение на Свято-Успенский кафедральный собор, построенный в 1906 году. Также атаке подвергся пост ДПС. В Дербенте террористы, убив полицейских и охрану, подожгли синагогу Келе-Нумаз, построенную в 1914 году. Было совершено нападение и на храм Покрова Пресвятой Богородицы, последний сохранившийся православный храм Дербента. Охранника храма, Михаила, террористы застрелили, а 66‑летнему протоиерею, отцу Николаю Котельникову перерезали горло.
В ходе контртеррористической операции (КТО) в Дагестане уничтожили по меньшей мере шестерых боевиков. Среди них — Осман и Адиль Омаровы, младшие сыновья главы Сергокалинского района Дагестана Магомеда Омарова, а также Абдусамад Амадзиев, его племянник. По словам главы Республики Дагестан Сергея Меликова, «более 15 сотрудников полиции стали жертвами сегодняшнего теракта», также погибли несколько мирных граждан. Ранения получили 34 человека, среди них 27 полицейских. Примерно к 23 часам в Дагестане ситуация была взята под контроль и завершена активная фаза КТО.
Теракт — это не только преступление, но и социально-политическое высказывание. Что хотели сказать заказчики, организаторы и исполнители бойни, произошедшей на Троицу?
Во-первых, что война, ведущаяся против России, имеет открытое религиозное измерение. И если с нашей стороны еще далеко не у всех есть понимание, что в ходе СВО мы ведем именно священную войну (конечно, его нельзя навязать извне, это измерение в первую очередь внутреннее), то враги понимают это четко и заявляют недвусмысленно. Нападение на храмы и синагоги — тому подтверждение. Показательно и убийство отца Николая, который служил в Дербенте более 40 лет и являлся символом мира и взаимопонимания между конфессиями, став прототипом образа православного священника при создании Памятника дружбы трех религий (христианство, ислам, иудаизм), установленного в 2019 году.
Во-вторых, что врагом объявляется буквально каждый житель России. Разница между военными и гражданскими, взрослыми и детьми стирается ударом по отдыхающим на пляже в Севастополе, разница между религиозной и этнической принадлежностью — атаками на храмы и синагоги и убийство исламистами своих же земляков (и вооруженных, и мирных), которые как «неверные» также не заслуживают пощады.
Слаженная работа ПВО, героические действия полицейских и мученическая смерть отца Николая, безусловно, заслуживают уважения и восхищения. Однако, вопрос «что делать?» остается открытым, поскольку нет сомнений, что враги снова попытаются осуществить теракт — и если не понять наши слабые места, то они могут достигнуть цели. Сложно давать советы в такой ситуации, но обозначить некоторые болевые точки необходимо.
Во-первых, беспрепятственные полеты американских (и не только) беспилотников над Черным морем стали для нас системной, постоянной угрозой. И если по каким-то военным соображениям их нельзя сбивать, то нужно сделать их полеты невозможными любым другим способом. Без них украинские боевики не смогут наносить точные удары по российскому Причерноморью. Говорить же о том, что части ВСУ ведут себя точно так же, как террористы, уже излишне. Они террористы и есть. Основной ущерб гражданскому населению России наносят именно ВСУ.
Во-вторых, нужно уничтожить на корню любые предпосылки для развития радикальных настроений в Дагестане. Все религиозные учителя должны проходить обучение в России в специально одобренных учреждениях. Сомнительные «проповедники» из-за рубежа должны быть тщательно проверены. Внешние признаки радикального ислама должны быть ограничены, как это сделали недавно в странах Центральной Азии. Места, где предположительно формируется идентичность террористов (например, сомнительные ММА-клубы), следует тщательно проверять. Безусловно, не может быть речи о борьбе с исламом в Дагестане — вопрос должен ставиться именно о поддержке традиционного ислама, очищенного от радикальных влияний из-за рубежа.
Новости партнеров
Наконец, необходимо осознать, что исторические события, которые сейчас переживает Россия, — наше общее дело. Если для врага нет никакой разницы — ни религии, ни возраста, ни пола, нет различий между военными и гражданскими, — то происходящее рано или поздно затронет (уже затронуло!) каждого из нас. Поэтому нас должно объединять единство исторической цели, важнейшим этапом на пути достижения которой является победа в спецоперации. Нас (каждого из нас) не оставят в покое, против нашей страны ведется война не только на поле боя, но и в тылу, подлыми террористическими методами. И нам — всем нам — остается только выиграть ее.
